Мне уже плевать на оскорбление особы королевских кровей, задолбал хуже пареной редьки! И во дворце от него спасу не было, так теперь ещё и тут.
Но вскоре мне стало не до шуток: впереди вырисовывался чёртов тупик. Я приготовилась дать бой, защищая свою честь. Учитывая мои унылые потуги в магию, зрелище не для слабонервных.
Хотя, я уже готова вскрыть свою истинную сущность перед Гилбертом, лишь бы приставать не стал! Одна проблема: ему это может показаться привлекательной экзотикой. Тяжело иметь дело с извращенцами.
— Милая. - подобострастно выдал парень, нагнав меня, наконец."
"— Ещё один шаг - и я за себя не отвечаю, - нахмурилась, прожигая его настороженным взглядом.
— Как страстно, - заулыбался наглец, - я весь горю от предвкушения. Не думал, что ты действительно часть этого монастыря. Всё скромницу из себя строила.
Я едва не застонала от бешенства. Он решил, что я также тело продаю? Этот парень совершенно не воспринимает слово «нет», будто у него глухота внезапно прорезается!
— Иди же ко мне! - выпалил Гилберт и понесся вперёд, как самец льва в период спаривания.
Где-то читала, что короли зверей занимают почетное первое место по уровню любвеобильности. Правда, эта информация мне сейчас не поможет!
Я панически забилась в угол, готовясь обороняться, но, именно в тот момент. Дверь, находящаяся по соседству, вдруг распахнулась настежь, выпуская поток бурной воды, который благополучно смыл Гилберта с пути и понес его к окну. Звон стекла сигнализировал о том, что юношу отправили полетать, а протяжные крики принца несколько дополнили исходные данные: похоже, он вновь зацепился штанами за какую -то изгородь.
В коридор торжественно вошла Пипа, которая, очевидно, и была виновницей произошедшего. Спасительница моя!
— Этот человек пытался навредить тебе? - серьезно спросила подруга, однако, я в ту минуту сильно расчувствовалась и просто заключила её в крепкие объятия.
— Прости меня, Пипа, за все вольные и невольные прегрешения! Я больше никогда не буду думать о тебе плохо, - клятвенно пообещала, слишком обрадованная произошедшим отмщением.
— Ну, ладно... - растерялась Пипа. - А ты думала обо мне плохо?
Я лишь нервно хихикнула, предпочтя оставить этот вопрос без ответа. Единственное, что точно могу припомнить: меня всегда смущали её пристрастия к слизнякам.
— Эм, нам. Думаю, нужно срочно отсюда уходить, - внезапно, охнула Пипа. - Кажется, я слегка перестаралась и местные трубы. Их прорвало.
— Что? Ты.