Расширяемся по возможности, – Сашка обнимает меня за талию и подталкивает к толпе на улице у бара.
Музыка с вынесенных наружу колонок оглушает и вибрирующим ритмом прошивает каждую клетку. Когда подходим ближе, Лютик здоровается с парой знакомых, а потом уверенно направляет меня к стеклянной двери бара.
– Ты всё время говоришь «мы», – я наоборот притормаживаю, чуть ли не упираясь.
Хочется побольше узнать о Сашкином бизнесе и жизни, прежде чем мы окажемся внутри. И почему я не спрашивала обо всем этом во время дороги, а просто шесть часов проспала? Сейчас это воспринимается жутким упущением.
– ""Мы"", потому что у меня есть партнер. Олег. Ну и друг заодно, – отвечает Сашка, пропуская меня вперед.
Переступаем порог. Темный зал в силе лофт, голый бетон и вручную обработанное дерево. Основной свет выключен, работают стробоскопы над баром и в противоположном конце помещения, а по периметру включены прибитые к стенам светильники в форме оплывших свечей.
Народу тьма. Гул стоит такой, что почти перекрывает долбящую музыку.
Нет, мне здесь нравится, стильно и классно, полностью соответствует духу горнолыжки, вот только думать, что Сашка живет в подобной атмосфере все время, почему-то не очень приятно. Слишком свободно, легко, драйвово и…ни к чему не обязывающе. Вечный праздник, который всегда с тобой.
Кошусь на своего спутника, который крепко обняв мои плечи, проталкивается со мной сквозь толпу к барной стойке в дальнем углу. Мигающие блики стробоскопа вспышками фотографируют его не классически красивое, но очень притягательное лицо, хвостик на макушке выглядит почти белым.
"Я ловлю на нем чужие взгляды, они липнут как мухи, пока мы пробираемся сквозь толпу. Все с ним здороваются, орут. Не заметив, иногда случайно толкают меня.