Я брожу из угла в угол и нетерпеливо жду наступления сумерек, но тут мне приходит в голову другая идея.
Подбегаю к одному из окон и открываю его настежь. Пустырь. Парочка рослых деревьев и заброшенный недострой. Да уж, вряд ли этой дорогой ходит много людей, а я так надеялась увидеть кого-нибудь из одноклассников или учителей. Время как раз подбирается к четырём часам дня, значит, скоро начнётся консультация по русскому языку.
– Помогите! – всё же предпринимаю попытку докричаться хотя бы до одной живой души.
Я понимаю, что вечером дома хватятся и начнут меня искать, ведь я сказала, что после школы задержусь и приду домой, когда закончится консультация. Но как бы я не уговаривала себя успокоиться, сделать это не просто."
"Настенные часы показывают половину шестого вечера, а на улицу опускаются сумерки.
Пробую ещё раз позвать на помощь. Проворачиваю ручку и открываю окно, кричу.
Тишина. По этой глухой стороне школы даже машины не ездят, что уж говорить о пешеходах.
Может, Мышкина вспомнит обо мне? Хотя, она даже номера телефона моего не знает, вряд ли сможет чем-то помочь.
К семи часам я уже совершенно не ощущаю голода, так как это чувство ушло на второй план. По щеке катится слеза. Одинокая, как и я в этих чужих пугающих стенах.
В голове – хаос из мыслей, и я не сразу понимаю, что за скрежет заполняет пространство.
Глава 7
Дверь открывается, словно в замедленной съёмке, а я сижу на полу, затаив дыхание. Не свожу глаз с дверного проёма.
– Эй! – раздаётся знакомый голос, но я пребываю в таком шоке, что даже не сразу понимаю, кому он принадлежит.
Поднимаю голову и всматриваюсь в мужской силуэт. Чернышевский. Он-то здесь что забыл?
В голове тут же всплывает наш разговор сегодня перед английским, а ещё вчерашнее предупреждение после консультации по химии. Парень мне открыто угрожал, неужели теперь пришёл, чтобы посмеяться надо мной?
Тяжёлые шаги Влада эхом отдают в голове, парень замирает в полуметре от меня.
– Ну? – злорадно ухмыляется. Становится не по себе, непроизвольно передёргиваю плечами.