И это даже проделывалось на учениях – вот только никто не надеялся, что этим удастся заниматься днем, всего в нескольких десятках миль от вражеской базы, где только что уже подняли тревогу. А потому более вероятен был аварийный вариант, когда при встрече после с «бибера» снимают лишь пилота. Не говоря уже о том, что сама задача найти в море своего носителя была, при крайне примитивных навигационных приборах мини-подлодки, достаточно трудной. Оставалось лишь надеяться, что ста тридцати миль надводного хода хватит, чтобы дотянуть от Специи до французского берега у Ниццы, занятого немецкими войсками.
Рапке, которого жажда подвигов во славу фюрера, а также желание чинов и наград побудило подать рапорт о переводе в ряды подводных диверсантов, мог считать себя счастливчиком – потому что U-675, на которой он прежде служил вторым вахтенным офицером, погибла со всей командой у Нарвика в октябре прошлого года. Говорили, что ее сожрал русский Полярный Ужас, – что это такое, никто точно не знал, но все сходились во мнении, что встретившие его в море не возвращались назад.
"– Мой командир, корветтен-капитан Штрель, после сгинувший на U-1507, был уверен, что Ужас – это всего лишь большая подлодка, – сказал Краузе в откровенной беседе после третьей порции шнапса, – но я уверен, что это не так.
Сейчас Рапке уже в который раз проверял мотор своего «бибера».