Потом вернул лопату в домик, собрал куски разрезанных ремней и прихватил одеяние Куша, которое евнух повесил на колышек в стене. Скатал и перевязал ремнями.
Прежде чем выйти, он огляделся, убеждаясь, что все в порядке, и мрачно улыбнулся.
— Следующие сто лет поэты будут писать стихи о таинственном исчезновении трех евнухов, после того как они убили и похоронили прекрасную принцессу Ясмини. Может, сам дьявол придет проводить их в ад. И никто ничего не узнает. Но какие чудесные легенды станут рассказывать потомки!
И он в последний раз покинул зенан по Дороге Ангелов.
Когда Дориан вернулся туда, где оставил Бен-Абрама и Ясмини, врач закончил сшивать раны Ясмини и перевязывал их, используя хлопок.
— Все сделано на совесть, аль-Салил, — заверил он Дориана. — Через семь дней я сниму швы, а через месяц она полностью выздоровеет, словно ничего и не было.
Дориан закутал Ясмини в одеяние Куша из тончайшей шерсти, осторожно помог ей подняться на жеребца, положив к себе на руки, чтобы не давить на ее раны.
— Никто за пределами зенана не видел твоего лица. И никто не узнает в тебе принцессу Ясмини, потому что она лежит под могильной плитой на кладбище в зенане.
— Я правда свободна, Доули? — с трудом прошептала она, потому что, несмотря на всю его осторожность, швы болели.
— Нет, глупое маленькое бремя. Ты теперь мальчик-раб, принадлежащий великому шейху аль-Салилу.
— Никогда? — спросила она. — Обещай, что я всегда буду твоим рабом. Что ты никогда меня не отпустишь.
— Клянусь.
— Тогда я спокойна.
И она положила голову ему на плечо."
"Впоследствии на рынках Ламу много недель говорили об исчезновении евнуха Куша. Его хорошо знали на островах и боялись и ненавидели даже за пределами зенана. Рассказывали, что, когда Куш шел ночью по дороге, его забрал лесной джинн. В другой версии той же истории похитителем выступал сам шайтан.
Через месяц, когда ничего нового о евнухе не появилось, сплетники на рынках потеряли к нему интерес.