Муссон

Том откинулся, и шпага с мягким чмоканьем, словно ребенок оторвался от соска, вышла из тела.

Дориан повалился ничком. Том переступил через него и опустил клинок, чтобы закончить дело. Но прежде чем он смог нанести смертельный удар, кто-то маленький бросился между ними, закрыв собой тело Дориана.

— Будь ты проклят! — рявкнул Том, но сдержал удар. — Убирайся!

Мальчик, использовавший как щит собственное тело, был совсем юным, и такое самопожертвование тронуло Тома даже в разгар битвы. Он одним ударом мог бы убить их обоих, проткнуть насквозь.

Но не мог заставить себя сделать это. Он шагнул назад и попробовал ногой спихнуть мальчика с неподвижного тела вожака арабов, но тот прирос к хозяину, как устрица к камню.

И жалобно кричал по-арабски:

— Милосердия! Во имя Аллаха, милосердия!

В это мгновение Аболи предупреждающе крикнул:

— Сзади, Клиб!

Том повернулся, высоко подняв острие шпаги, и встретил нападение двух полуголых людей. На мгновение ему показалось, что это рабы чудесным образом освободились от цепей и наседают на него с ятаганами, непонятно где взятыми.

Но тут он увидел, что у них лица не негров, а арабов. «Клянусь Господом, это не рабы, а мусульманские воины!» Том отразил удары справа и слева, заставив нападающих остановиться, потом убил одного, а второго заставил отступить с раной в обнаженном плече.

— Клиб, это ловушка! — снова крикнул Аболи, и у Тома появилось мгновение на то, чтобы оглядеться. Все бывшие рабы освободились от цепей, и все были вооружены.

Их контратака была стремительной и целенаправленной.

Лози с копьями уже отступали перед их натиском, многие просто бежали, отчаянно карабкаясь наверх по сторонам ущелья.

Том увидел, как из передней части колонны в небо взвилась красная китайская ракета с длинным хвостом белого дыма, и понял, что это, должно быть, сигнал арабским подкреплениям.

Через груду красного камня, перегородившую проход, хлынула новая волна мусульман. Кто в арабских одеяниях, кто в набедренных повязках, размахивая оружием, они спешили вниз, принять участие в схватке.

Теперь враг числом во много раз превосходил Аболи с небольшой группой английских моряков. Еще несколько минут, и они будут отрезаны и затоплены этой новой волной воинов.

— Уходи, Клиб! Мы проиграли! Уходи!

— Ко мне! — крикнул Том. — Ко мне, «Кентавр»!

Он созывал к себе остальных. Уил Уилсон и Люк Джервис прорвались сквозь нападающих и подбежали к нему.