Глаза Ясмини наполнились слезами, но она выпрямилась и запела. Вначале неуверенный, голос мало-помалу зазвучал ровно, приятно и верно, однако Ясмини пела куплеты на арабский манер, и для слуха европейца они звучали незнакомо. Мелодия была искажена, слова звучали пародией на английский язык. Все смотрели на девушку, ничего не понимая.
И вдруг Сара ахнула:
— Том, это «Испанки». Она пытается петь «Испанок».
Она бросилась к Ясмини и обняла ее.
— Это правда. Дориан жив, и песня — знак, что девушка пришла от него.
— Дориан! Возможно ли это? Где он? — Том схватил Ясмини за руку и яростно затряс. — Где мой брат?
Полился поток слов. Ясмини начинала новое предложение, еще не закончив предыдущее, запинаясь в спешке, пытаясь рассказать все и многое пропуская, так что постоянно приходилось останавливаться и возвращаться назад.
— Дорри нуждается в помощи. — Том усвоил самое необходимое и повернулся к Аболи. — Дорри жив, он в опасности и послал за мной.
— С лошадей еще не сняли седла, — спокойно ответил Аболи.
Том повернулся к Ясмини, которая продолжала рассказывать Саре.
— Хватит, девушка! — остановил он ее. — Остальное послушаем позже. Можешь отвести нас к Дорри?
— Да! — с готовностью ответила она. — Мы с Батулой отведем тебя к нему.
Том наклонился с седла, чтобы торопливо поцеловать Сару. На сей раз она не настаивала на том, чтобы сопровождать его.
По ее необычному поведению и молчаливости в последние дни Тому следовало бы догадаться — что-то не так, но он был страшно занят и даже не подумал об этом.
— Убедись, что Уил Уилсон всех держит на борту и все готово. Мы будем возвращаться в спешке, и, возможно, за нами будет идти половина арабской армии.
Он взял повод, заставил лошадь вскинуть голову и посмотрел на остальных.
Ясмини и Батула уже выступили и были на полпути к первому холму над рекой Лунга. Люк и Аболи задерживались, поджидая, пока Том их догонит. Все были в арабской одежде, и каждый вел в поводу запасную лошадь.
— Возвращайся благополучно и побыстрей! — крикнула Сара и прижала руку к животу."
"Им потребовалось четыре дня быстрой езды; они каждый час меняли лошадей, ни разу не останавливались с рассвета до темноты и наконец догнали арабскую колонну.
Том все время ехал рядом с Ясмини, и они разговаривали, пока в горле не пересыхало от пыли и жары.