Кулагин открыл бутылку водки. Александр выставил два фужера и тарелку с салями, пододвинул пепельницу.
Андрей удивленно взглянул на него:
— А сам, что не будешь пить?
— Выпил бы, да нельзя. Препараты вкололи, несовместимые со спиртным. Выпью — от головной боли на стену полезу. Врач предупредил, а экспериментировать у меня нет никакого желания.
— Ну, тогда за вас с Сеней! За ваш поступок. За твое, Саня, здоровье.
Кулагин с Луковцевым подняли фужеры. Александр щелкнул по ним пальцем. Офицеры выпили и тут же, не закусив, закурили.
Кулагин быстро захмелел на старые дрожжи, хотел ударить кулаком по столу, но промахнулся и грохнулся на пол. Водка вырубила капитана. Пришлось тащить его в комнату. Вскоре он уже храпел на софе.
В дверь неожиданно позвонили.
Луковцев взглянул на Черникова:
— Ты еще гостей ждал? Может, мы помешали?
— Никого я не ждал…
Он прошел в прихожую, открыл дверь. На пороге стоял посыльный ремвзвода.
— Меня к вам наш врач послал, просил передать, чтобы вы прибыли в полковой медицинский пункт.
— Ясно, передай врачу, подойду!
— А еще, товарищ капитан, замполит наш капитан Елисеев приказал узнать, один вы или нет.
— Что значит один?
— Я слышал, в полку офицеров каких-то ищут.
— Передай замполиту: у меня никого не видел. Понял?
— Так точно!
— Ступай!
Черников вернулся на кухню.
Луковцев, прикуривая сигарету, посмотрел на Черникова:
— Слышал твой разговор с посыльным.
— Да. Андрюху не поднять, а вот тебе надо бы показаться в полку.
— Ты прямо сейчас в ПМП пойдешь?
— А чего время тянуть?
— Ну, тогда я с тобой. Или поодиночке лучше будет?
— Да ладно тебе! Нам еще прятаться не хватало…
— А спросят, где Кулагин?
— Мы не знаем. Пусть ищут.
— Лады.
Александр переоделся в форму, и они с Луковцевым, оставив Кулагина в квартире, направились в гарнизон. Там командира батареи спровадили прямо в штаб полка.
Из полкового медпункта Черников прошел в парк, где проверил несение службы внутренним нарядом, чем занимается ремвзвод. Оказалось, с утра наконец-то из рембата доставили двигатель для «Урала», и подчиненные лейтенанта Лысенко занимались установкой его на автомобиль. Комбат приказал, чтобы утром «Урал» был на ходу.