Сижу, забравшись с ногами на подоконник, ежусь от ветра, и вишь — петь собралась. Н-да. В этом вся я.
— Пой, — кивнул эльф, перебираясь ко мне на колени и зевая. Блеснули белые иглы клыков, рот закрылся, и он комфортно устроился на моем бедре, помахивая ножкой.
Сёма тоже пододвинулся ближе, утыкаясь в ногу холодной ручкой в поисках человеческого тепла и понимания. Хмыкнула, откинулась назад так, что затылок уперся в раму окна. И запела. Тихо-тихо, чтобы гномы не услышали и маг не узнал. Просто так. Для себя.
"Я пела про море, про вздымающиеся волны, потом про степи и ветер, гулявший среди трав. Пела про небо, другие миры и страны. Пела обо всем и ни о чем. Слова рождались сами собой и далеко не всегда были в рифму, иногда выпадали, порой песня останавливалась, а я просто мурлыкала себе под нос, но становилось не так тоскливо и страшно.
— Хорош петь. Спать надо. Завтра рано вставать. Я тебя на рассвете подниму, — тихо сказал маг и вышел.
— Он давно подслушивал! — авторитетно заявил Кноп.
— А почему не сказал? — возмутилась я.
— А зачем? Ты бы тогда петь не стала. А так неплохо получилось. Только… без обид, но певица из тебя, равно как и бард…
— Я поняла.
Спрыгиваю с подоконника, подхватываю этих двоих, иду к постели. Та уже расправлена и манит своими теплыми объятиями. Мелькнула мысль взять с собой одеяло. Но, вспомнив, как маг все утро орал, — передумала и рухнула на кровать, едва не придавив эльфа, зато придавив горшок… грудью, кажется.
Кое-как его вытаскиваю и извиняюсь, ставя на пол.
— Да ладно… было даже приятно, — буркнули мне и уползли под кровать.
Извращенец.
Горшок-извращенец. Н-да. И это моя компания на ближайшие три года. Мрак.
02:50
Кхм… прошу прощения за вторжение. Напоминаю, вы держите в руках не просто дневник, а разумную версию, созданную агентством «Ведьмы и Ко», возглавляемым магом Антониусом Первым и великим.
Запись ведется… продолжаю функционировать в режиме автопилота…
02:57
Лежу и размышляю, о том, как резко поменялась моя жизнь за столь непродолжительное время.