— Выздоровел, Анита. Ты его исцелила.
— Я вызвала его зверя, я его не исцеляла.
— Без разницы, — пожала плечами она.
Я замотала головой:
— Нет, этой ночью мне не удалось его вылечить.
Она нахмурилась, и даже это было красиво. Она сегодня порхала, сияя. Я глянула на Зейна, не спускавшего с нее глаз. Может быть, это у них любовь. Но что-то искрилось в ее глазах.
— Ради Бога, Анита, ты его спасла, так какая разница, чем?
Моя очередь пришла пожимать плечами.
— Мне просто не нравится, что мунин Райны все сильнее вмешивается, когда я пытаюсь исцелять.
Зазвонили в дверь, я и вздрогнула. Нервы? У меня?
— Я заказывал еду, — сообщил Натэниел.
Я взглянула на него:
— Неужто китайскую?
Он кивнул, улыбаясь — наверное, на мое довольное выражение лица. Мы недавно открыли, что, хотя ни один китайский ресторан так далеко еду не доставляет, за приличные чаевые — но очень приличные — для нас могут сделать исключение. Натэниел встал, но Калеб его опередил, оттолкнувшись от двери.
— Я возьму. Кажется, все равно я здесь не очень нужен.
Он поставил кружку на стол, пробрался между нами и исчез в гостиной.
— Что с ним сегодня? — спросила я.
Ответил Игорь:
— Хотел подружиться с Клодией.
— И со мной, — добавила Черри.
Я посмотрела на сияющую Черри, на хмурую Клодию.
— И обошлось без синяков и крови?
— Его не надо было бить, — ответила Клодия. — Достаточно было дать ему понять. Только отчетливо.
Тон ее голоса и выражение глаз заставили и мои глаза похолодеть. Не помню, чтобы я видала женщину, которая так бы на меня действовала.
У нее раздулись ноздри, она понюхала воздух. Все двинулись враз, рассыпавшись по комнате. Клодия схватила меня за руку — руку для пистолета, и оттащила к дальней стене кухни. В правой руке у нее уже был пистолет. Я выдернула руку в тот момент, когда Игорь подскочил и встал передо мной, закрывая обзор. У него тоже в руке был пистолет.
Я уже направляла «браунинг» на дверь двумя руками, когда первый змеечеловек вошел в дверь, ведя перед собой Калеба и приставив ему снизу к челюсти дуло обреза:
— Кто-нибудь шевельнется — и ему конец.
Глава 40
Все застыли, будто затаили дыхание на вдохе по команде.
— А помирать никому не надо, — продолжал змей. Он смотрел на меня огромными глазами цвета меди.