Наследие 2

Вечером того же дня «желтый» грипп был замечен среди военных, удерживающих ключевые объекты городской инфраструктуры, и все, кто мог, бросились бежать из города.

Что станет с дочкой посреди такого безумия, Олеся боялась даже представить, и они с мужем, вооружившись чем попало, бегом добрались до больницы. В клинике царила полнейшая неразбериха, медицинский персонал ещё пытался оказывать помощь детям, уложенным даже на лестничных площадках, но сделать что-либо существенное был не в силах. Препаратов, способных справиться с болезнью, не существовало, половина работников больницы ходила с сильно опухшими воспаленными слизистыми оболочками, испуганно вцепившись в баночки с «Панацеей».

Олеся с трудом добралась до палаты Светика, буквально перешагивая через устроенные на полу постели с больными детьми. Почти все малыши плакали и звали маму, несколько измученных сиделок сбивались с ног, пытаясь успокоить детей, и Олесе казалось, что среди жалобных голосов она слышит плач дочери. Светика забрали домой прямо в пижаме, не решившись тратить время на переодевание. Пока добирались до своего квартала, стали слышны взрывы, доносящиеся с городских окраин.

С наступлением ночи в дом вернулась соседская семья, одна из тех, что пытались сегодня покинуть город. Мужчина оказался ранен в руку, дети покрыты ссадинами, все в грязи и пропахшие гарью. Больше не вернулся никто. Как оказалось, вокруг города срочно создали полосу отчуждения, пересекать границу которой запрещено.

Власти не имеют возможности справиться с эпидемией и потому Хабаровск полностью отрезали от мира из соображений безопасности. Подступы к городу патрулируются вертолетами, населению рекомендуют сохранять спокойствие и гражданскую сознательность, а также пересидеть эпидемию в своих квартирах. Как только она утихнет, в город войдут подразделения МЧС и медицинские бригады. Когда это произойдет, никто не сообщает, но до тех пор оружие применяется на поражение по каждому, кто пытается нарушить карантин. Говорят, из города не выпускают даже полицейских и солдат-азиатов, из-за чего на окраинах идут настоящие бои."

"Наутро город окончательно превратился в кошмар. Брошенные на произвол судьбы люди сбивались в банды, стремящиеся выжить за счет других, многие пытались отгородиться от внешнего мира дверьми и оружием. Человеческая жизнь перестала что-либо стоить, и малейшее подозрение на инфицированность становилось поводом для убийства.