Единое движение — и вервие бессмертных распалось на тысячи кусков. Юноша, к которому тотчас вернулась величественная осанка, сложил руки перед собой, отвесив поклон:
— Множество благодарностей старейшине за спасение!
Приняв столь же торжественный вид, Шэнь Цинцю первым делом поинтересовался:
— Ты действительно адепт пика Байчжань?
— Совершенно верно.
— И кто у вас за главного?
— Мой учитель — глава пика Байчжань, Лю Цингэ.
Шэнь Цинцю застыл в немом удивлении.
У Лю Цингэ никогда не было учеников. Да и вообще, большая часть обитателей Байчжань представляла собой его ровесников, поскольку он никогда не проявлял интереса к воспитанию подрастающего поколения.
— Как твоё имя? — подозрительно переспросил Шэнь Цинцю.
— Ян Исюань, — недрогнувшим голосом отозвался юноша.
«Я ж помню, что где-то его видел!» — возликовал про себя Шэнь Цинцю.
Смерив Ян Исюаня оценивающим взглядом, он признал, что за прошедшие пять лет этот ребёнок изрядно возмужал.
— Старейшина? — осторожно переспросил Ян Исюань, дивясь внезапному интересу незнакомца.
— Твой учитель — как он вообще в последнее время? — не преминул спросить Шэнь Цинцю.
Должно быть, поражение от Ло Бинхэ в городе Хуаюэ стало для Лю Цингэ жестоким ударом, так что Шэнь Цинцю почитал своим долгом справиться о самочувствии своего шиди.
— Проигрывает все битвы подряд, — честно признался его ученик.
Шэнь Цинцю не знал, что и сказать на это.
Надо же было ему дожить до того дня, когда подобные слова в отношении главы пика Байчжань уже не звучали как полная бессмыслица! Это подкосило бы кого угодно, что уж говорить о Лю Цингэ…
— А с кем он сражается? — наконец спросил Шэнь Цинцю. — С Ло Бинхэ?
— С кем же ещё, как не с этим мелким ублюдком [10]? — буркнул Ян Исюань.
При этих словах губы Шэнь Цинцю непроизвольно дёрнулись — сам Ян Исюань был ребёнком в сравнении с Ло Бинхэ, так ему ли называть того «мелким»? Хотел бы он знать, от кого этот юнец нахватался такого…
Впрочем, похоже, с недавних пор весь хребет Цанцюн взял за моду именовать Ло Бинхэ исключительно «мелким мерзавцем», «гнусным демоном» и «белоглазым волком [11]» вместо положенного титула.
— И как же ты угодил в лапы этой ведьмы? — возобновил расспросы Шэнь Цинцю. — Кое-что в её словах показалось мне странным — к примеру: «как же я могу с тобой биться».