Рассказывая ему все, что я не сказала за все эти годы, что мы были в разлуке. Он был без сознания. Я не могу быть увереным, слушал ли он вообще, но я просто продолжал. Я не мог остановиться. Я говорил и говорил, Лина. Рассказал ему все. Я даже не знаю, как долго я там пробыл. И я не знаю, было ли это напрасно, потому что, возможно, до него не дошло ни слова, но я все равно это сделал.
— Ты хорошо сделал, amor, — я провела губами по коже его шеи. — Ты так хорошо справился.
Аарон еще немного растворился во мне, в моих прикосновениях.
— Несколько часов назад мне сказали, что сегодня ему, кажется, немного лучше. Что у него есть больше времени. Они не знают, сколько это дней, недель или месяцев. Но они полны надежд, — его грудь опустилась, руки, обнимавшие меня, потеряли ту отчаянную остроту, которая была у них некоторое время назад. — Я тоже надеюсь.
До нас донесся голос, доносившийся откуда-то с другой стороны зала ожидания. Разрывая пузырь, в котором мы были.
— Мистер Блэкфорд?
Мы оба обернулись и посмотрели. Медсестра стояла в нескольких футах от него, ее улыбка была вежливой и успокаивающей.
— Да, — сказал Аарон, выпрямляя спину в кресле.
— Он наконец-то очнулся. Теперь вы можете его увидеть, — медсестра сунула руки в карманы халата. — Всего на несколько минут, хорошо? Ему нужно отдохнуть.
Высвободив свое тело из его, я поставила обе ноги на пол и встала перед Аароном, освобождая ему место, чтобы подойти к медсестре.
— Хорошо, да, — сказал он почти рассеянно. Но прежде чем он даже отошел, он посмотрел на меня. — Пошли со мной, пожалуйста?
В этот момент мое сердце пропустило удар, ответ прозвучал громко и ясно в моей голове. Я бы пошла с тобой куда угодно, если бы ты только попросил.
— Да, конечно.
Я не стала ждать, пока он протянет руку и возьмет мою. Я сделала это сама.