А потом села за кухонный островок…и расплакалась.
Глава 26
POV Арина
Беру бокал и делаю небольшой глоток. Напиток мягко обжигает рецепторы своей терпкостью, и я пытаюсь провалиться в настоящий момент, но воспоминания уже сдетонировали. Они кружатся вокруг меня тлеющим пеплом, манят, оседают вокруг меня, нашептывая так много.
Вытираю слезы, пытаюсь вздохнуть поглубже, но выходит дерьмово. Легкие работают на износ, но кислород не поступает в кровь. Колотит. Мне нужен мой антидот.
Лживый, да! Но…нужен! Он спасал меня долгие пять лет.
Беру бокал и бутылку и почти бегу в прихожую, где одиноко стоят два чемодана. Торопливо расстегиваю один, а потом быстро нахожу то, что мне нужно. И прижимаю к груди, облегченно приваливаясь к стене.
Я знаю здесь наизусть каждое слово. Каждую рифму. Каждый знак препинания. И его почерк я тоже, черт возьми, узнаю из тысячи. Вот так. Но, несмотря на все это, я в, казалось бы, миллионный раз разворачиваю уже потрепанный лист бумаги и вглядываюсь в строчки, когда-то написанные им для меня.
Глупо? Я знаю! Но не торопитесь меня судить."
"Ведь мне уже и неважно по какой причине он их писал когда-то. Главное они есть. Со мной они и останутся, чтобы не случилось. Чтобы я опять не сделала, где бы повернула не туда. Они мои.
И воспоминания все-таки накрывают меня своим пепельным, затхлым одеялом. Но я больше не сопротивляюсь. И вот уже, как будто это было еще вчера, я вижу перед глазами мальчишку с глазами цвета бесконечности. Никто, никогда, ни до, ни после не смотрел на меня так как Он.
А что бы чувствовали вы, если бы самый симпатичный парень, которого вы когда-либо видели вдруг заинтересовался вами, а потом…и вашей лучшей подругой? Дерьмовый расклад, правда? Но так и случилось. Не успела я примерить на себя роль той, кем так откровенно восхитились, как Оля тут же прошептала мне на ухо:
– Странный парень, Аришка, то тебя взглядом облизывает, то теперь мне подмигивает.
– Серьезно? – задохнулась я и недоверчиво уставилась на нее.
– А я когда-то тебе врала? – хохотнула подруга и я тут же завяла.
Это был конец десятого класса. Олимпиада по математике. Весна и мне шестнадцать – самое время влюбляться по уши. И да, тогда я боялась сама себя и тех первых, робких чувств, что так неожиданно и стремительно пробудились во мне.