Что-то, должно быть, обычно происходило во время этой части службы, и это явно не произошло. Джордж наклонился к Кальдару и настойчиво зашептал, Кальдар наклонился к ней.
— Предполагается, что камни должны излучать свет, когда на них воздействуют магией.
— Полагаю, ты не умеешь манипулировать эмоциями? — прошептала она.
— Нет.
Одри вынула ноги из шипастых каблуков.
Йонкер коснулся цепи. Его лицо стало пунцовым от ярости.
Справа вскочил человек с гладко зачесанными назад волосами, бледный… Где она видела его раньше? Узнавание лопнуло, как мыльный пузырь, в ее голове: секретарь Магдалины, Адам, со странной прической.
Бледный мужчина указал на них.
— Они украли его! Они забрали его!
Магдалина обманула их.
— Убейте их! — взревел Йонкер.
— Заткни уши! — Кальдар швырнул что-то в сторону кафедры. Одри зажала уши руками.
Охранники сорвали с плеч винтовки.
Яркий белый свет взорвался между скамьями и сценой, сопровождаемый раскатом грома, который минуя ее руки, устремился прямо в барабанные перепонки.
Дюжина людей закричала одновременно. Мужчины и женщины повскакивали со своих мест, в спешке расталкивая друг друга, стремясь к выходу, временно скрывая их от охранников. Одри вскочила на ноги и протолкалась в проход, пытаясь протиснуться сквозь толпу, чтобы мальчики могли выйти. Джек кувыркнулся через ее голову и приземлился в центральном проходе, его глаза горели янтарным огнем.
Белый свет стал оранжевым, когда загорелись фотографии и пурпурная парча на алтаре. Хор разбежался. Йонкер не шевелился. Он просто стоял, растерянно глядя на пламя.
В другом ряду рухнула скамья, сбив на землю кучу тел. К ним приближался ближайший охранник, расталкивая людей, устремившихся к дверям, прикладом винтовки.
У него и правда есть меч. Одри моргнула.
Охранник прицелился почти в упор. Кальдар рубанул, кто-то взвыл, и поток людей закрыл ей вид."
"Толпа обрушилась на церковные двери, но они не дрогнули. Люди врезались в Одри, толкая ее вперед, в корчащуюся массу тел, цепляющихся за дверь. Нас раздавят, мелькнуло у нее в голове.
Громкий вопль, дикий и нечеловеческий, заглушил отчаянные крики толпы.