– С днем рождения, – робко озвучил сын, не поднимая глаза.
– Это ты меня нарисовал? – Буланов показал на рисунок.
– Ну.
– Чего-то у меня руки слишком длинные.
– Нормальные руки, чё.
– Для гориллы, может, и нормальные. Я ж не горилла.
Сын заулыбался в тарелку и перестал жевать. Словно почуяв перебой в нормальной работе детского организма, из коридора примчалась нянечка, запричитала: «Кирюша, Кирюша! Уже половина восьмого, в школу опоздаешь!»
– Не опоздает, – отрезал Козырь. – Сегодня я сам его отвезу.
"У Кирюши от восторга даже челюсть отвисла. Последняя ложка овсянки, которую он успел перед этим отправить в рот, упала обратно в тарелку. Папа – сам! – отвезет его в школу на своем белом «Мерседесе»! По этому случаю завтрак был закончен с космической скоростью, уже через две минуты Кирилл, одетый и обутый, ждал в прихожей.
Козырь неторопливо встал из-за стола, придирчиво оглядел сына. Новенькая куртка-«натовка», ботинки на толстой подошве, утыканные карманами брючки – все это барахло покупалось в специализированных бутиках и стоило немалых денег.
Только не хватает в нем булановской стали и булановского задора, вот в чем дело. И слишком много другого…
Приоткрылась дверь спальни, оттуда показалась Полина с помятым заспанным лицом.
– Еще не ушли? Слушай, Вася, я на вечер заказала зал в «Ямайке»… Отец будет, и все наши, и Зема… Даже Григорий Леонидович обещал прийти.
Земой в узком кругу называли мэра Тиходонска, Петра Ивановича Замятина. А Григорий Леонидович был главой администрации губернатора Тиходонской области.
– А кто тебя просил? – сказал Козырь.
– Ну как? Положено ведь… Ты ж сам хотел сойтись с ними поближе.
Верно, хотел. Было.
– Предупреждать надо!
Козырь отвернулся и с глухим раздражением посмотрел на покорно дожидающегося сына.
– Ну чего глаза прячешь? – Он вдруг вспомнил, что собирался с Волкодавом метнуться с утра на консервный завод, где сегодня проводилось собрание акционеров. – Смотри на меня, не тушуйся, как баба. Вот так. И всегда прямо смотри, понял?
Кирилл старательно уставился на него, пожирая глазами.
– А куртку эту пиндосовскую выбрось на хер. Ты не пиндос, запомни. Пиндосы за бугром живут.