Оказалось, у них одинаковые интересы, и оба будущих сокурсника – люди веселые, позитивные, одинаково мыслящие и добрые.
Вот так просто они и познакомились. И на первом курсе продолжили общаться. Часто препирались и даже ссорились, но и веселиться вместе Маша и Димка тоже хорошо умели. Бурундукову можно было легко вывести из себя, и Чащину это нравилось. Она становилась злой и забавной, несла всякую чушь и обещала прибить. Иногда даже носилась за ним по всему универу. А еще ему импонировало чисто по-человечески и то, что Машка умела постоять за себя и развеселить народ, хотя и не была задирой или заводилой.
На втором курсе они еще больше сдружились, часто и о многом общались, пару раз ездили вместе с группой в походы и в клубы, гуляли в общей компании. Общение с Бурундуковой Дмитрию все больше нравилось своей легкостью, задорностью и некоторой игривостью. Маша умело моментально повышать настроение, редко когда чего стеснялась и боялась, а еще помогала своим друзьям.
И в середине же второго года совместного обучения Чащин начал замечать, что Бурундукова, в общем-то не только неплоха, как товарищ, но она – еще и симпатичная девушка, которая умеет быть беззащитной и милой. Как и положено быть девушке. В конце второго курса он точно это понял."
"Это был совершенно простой эпизод, который, скорее всего, был забыт Марией, как и ее мимолетная встреча с Денисом Смерчинским, и в нем не было ничего героического или романтического. Но именно он стал отправной точкой в отсчете чувств Дмитрия.
В тот майский и очень теплый день, год назад, он опаздывал на английский, в котором не то, чтобы не разбирался, а который попросту не любил, а поэтому и не учил. Парень, не слишком торопясь на нудную пару, приблизился к кабинету и увидел Машку.