Антимагический. А она радостная. Писец.
Наблюдаю, как она покидает комнату, её шаги лёгкие и уверенные.
Когда дверь закрывается за спиной ликанки, Лакомка улыбается:
— Милая девочка.
Я не сдерживаю саркастического смешка:
— Милая? Она садистка. И еще мазохиста, похоже.
Лакомка лишь пожимает плечами, как будто это не имеет особого значения:
— Все мы не без недостатков, мелиндо. Главное — уметь с ними справляться.
Её оптимизм явно меня не трогает, поэтому лишь фыркаю, переводя тему. Лакомка тут же продолжает:
— Кстати, Жанна вчера наведывалась к усадьбе Филиновых.
Я напрягаюсь Жанна слишком активно суетится вокруг мест, где ей делать нечего. Уже на грани того, чтобы нарваться на открытую ссору со мной. А ведь раньше у неё хватало здравого смысла держаться на расстоянии.
— У Жанны, похоже, подгорает. Может, у неё дедлайн, или она просто устала ждать. Блин, что же там в усадьбе спрятано? — проговариваю вслух, размышляя. Лакомка лишь пожимает плечами. — Гепара, кстати, умничка, но скажи ей, чтобы больше не связывалась с баронессой.
— Я передам Гепаре, — кивает Лакомка. — А сейчас позволь поухаживать за своим…мелиндо…
Альва встаёт и, мягко улыбаясь, подходит ко мне сзади. Её лёгкие руки скользят по плечам, умело массируя напряжённые мышцы, а её голос тихо мурлычет что-то приятное, едва слышное. Кажется, она знает, как расслабить меня лучше, чем кто-либо другой.
— Вот так-то лучше, мелиндо, — тихо шепчет она.
Честно говоря, неплохой момент для расслабления, но, конечно, это долго не длится — вскоре в комнату входит Гумалин. Он кашляет, явно немного смущённый тем, что застал нас в таком моменте.
— Звал, шеф?
Я лениво открываю глаза и киваю Лакомке, давая ей понять, что разговор надо прервать. Она, слегка поглаживая мои плечи, отходит в сторону, но не без фразочки на прощание:
— Только не забывай, кто тебя расслабляет лучше всех, — подмигивает она, выходя из комнаты.
Гумалин, проследив взглядом за её уходом, грустно вздыхает:
— Вот бы и мне длинноногую блондинку… — мечтательно произносит он, но тут же встрепенувшись, одергивает себя. — Ой, шеф, прости, забылся!
Я фыркаю, разворачиваясь в кресле.
— Тебе тоже надо найти жену-альву, как и Морозову. Он заявку уже оставил.
Гумалин хмурится и качает головой:
— Ох, нет, шеф. Мне подгорная религия запрещает жениться на ком-то, кроме казидок, — с грустью отвечает он.