И не откладывать. Отпаримся сейчас и загляну по-соседски.
— Шеф, мы с тобой! — тут же подхватывает Студень, его голос звучит с энтузиазмом. Он вскидывает кружку, и пена слегка переливается через край. — За поход к соседу!
— За поход! В гости сходим! — подхватывают остальные, весело чокаясь.
Я улыбаюсь. Как говорится веселее вместе. Еще надо и тавров позвать на тусу.
Глава 11
Турку, Финляндия
— Ваше Величество, прибыл старейшина из Селения морхалов, — на пороге тронного зала возникает слуга.
Тапио кивает, не меняя позы.
Слуга подаёт знак, и двери зала вновь открываются. Входит старик — седовласый, с белой как снег кожей. Ледяные глаза старейшины скользят по залу, останавливаясь на конунге. Приморцы-морхалы, северные обитатели, которые живут среди вечных снегов, привыкли к суровости. Их холодная кровь замедляет метаболизм, делает их менее эмоциональными и почти неуязвимыми для холода. Они не носят тёплых одежд. Не нуждаются в огне. Их тела приспособлены для жизни на краю мира.
Тапио смотрит на старейшину как на мусор.
— Пришёл наконец, — голос конунга звучит резко, как щелчок кнута. — У меня есть для тебя задание.
Старик молчит. Его взгляд остаётся холодным, неподвижным, как и всё его существо. Он ожидает.
— Мне нужен один из твоих бойцов, — продолжает Тапио, его слова словно режут воздух.
Старейшина не двигается.
— У нас мало добытчиков, — медленно произносит он, словно каждое слово требует усилий. — Селение небольшое, морхалов осталось мало. И если мы потеряем одного из охотников…
— У тебя нет выбора, старейшина. Либо вы выполняете мой приказ, либо ваше селение исчезнет. Финляндия не будет терпеть неповиновение. Вы прикончите этого графёнка, — велит конунг
Старик делает глубокий вдох и смотрит прямо в глаза Тапио.
— Так он графёнок или конунг? — уточняет старейшина с ноткой недоумения.
Лицо Тапио темнеет от раздражения.
— У этого щенка Данилы несколько титулов. Он и граф, и конунг, и лорд… Неважно, как ты его назовёшь, он должен быть устранён.
— Мы сделаем то, что ты велишь, — вздыхает старик.
— Конечно, сделаешь, — фыркает Тапио. — Иначе я сожгу твою деревню. Вы не боитесь холода, но жара — очень даже.