– Ты не веришь мне? Не доверяешь слову своего верховного техножреца? – жёстко спросил верховный, гордо вскинувшись, насколько позволяло ему его положение.
– Я этого не говорил, – угрюмо отозвался Альказ.
– Так вот, запомни. Если я говорю, что твоя судьба переплетена с его судьбой, значит, так и есть. И никогда больше, слышишь, никогда не смей оскорблять меня своим неверием.
Голос верховного звучал, словно отдалённый гром. Даже Альказ по прозвищу Одержимый невольно отступил в сторону под этим напором, испуганно втянув голову в широченные плечи.
– Значит, другого выхода нет.
– Нет, – коротко отрезал верховный.
– И кто теперь заменит тебя?
– Я представлю его тебе. И не волнуйся, он окажется не настолько заносчивым и глупым, как его предшественник.
– Надеюсь. Потому что если это окажется не так, я ему глотку порву.
– Техножрецу?! – растерялся верховный.
– Именно. Надоело спорить через каждое слово, – зло отозвался Альказ.
– Похоже, ты решил отыграться на ком-то. Не надо. Он не виноват. Приказ я получил непосредственно от самих Верховных Управляющих.
– От всех сразу? – растерялся Альказ.
Такого он не ожидал. Получать приказ от полного состава Управляющих – редчайший случай. Но и ситуация, в которой оказалась вся раса ксеносов, была необычной. Ещё никогда в истории существования расы ксеносы не оказывались на грани полного уничтожения.
– От всех, – тяжело вздохнув, кивнул верховный.
– И как он звучал? – спросил Альказ, словно не веря ему.
– Любой ценой избежать блокирования нашего флота в этом секторе галактики и получить препарат от ороговения кожи. Мне дозволено применять любые методы, использовать любые средства и заключать любые союзы для достижения цели.
– Выходит, если ты прикажешь моим офицерам убить меня, они это сделают? – с явным интересом спросил Альказ.
– Да. То, что я сказал, не просто слова. Взгляни сюда, – добавил верховный, доставая из горловины хламиды длинную цепь, на которой висела треугольная пластина с оттиском оскаленной головы плангра, тотема расы."
"Такая пластина означала высший уровень прав для любого носящего её и обязанность полного подчинения для всех остальных. Уклониться или избежать исполнения приказа было равносильно предательству расы.