– Я не собираюсь больше позволять тебе использовать себя! Достаточно с меня твоей лжи!
– Я тебя не использовал! Я… – начал он снова что-то доказывать, выводя меня из себя. Решив, что больше не буду продолжать это безобразие, я снова толкнула его в попытке пройти и, не рассчитав, задела плечом, отчего, потеряв равновесие, Глеб взмахнул руками, пытаясь удержаться, но у него это не вышло, вследствие чего он просто скатился по лестнице с ужасным грохотом, который еще не один час стоял в моих ушах. Как и вид его распростертого у подножия лестницы тела…
Глава 6
– Глеб… – чувствуя, как перехватывает дыхание, прошептала я, стоя на месте.
– Что за шум? Глеб, я же… – раздавшийся твердый высокий голос заставил меня, наконец, прийти в себя и действовать. Как безумная я кинулась вниз, не слыша причитаний женщины, которая, судя по всему, и являлась строгой бабушкой Глеба.
Подлетев к мужчине, я села на колени перед его безвольным телом, пытаясь одновременно нащупать пульс и удержать на руках дочь.
– Валентин! Вызывай скорую!!! – кричала рядом женщина, переходя на отчаянный визг. Именно это и напугало меня. Страх. Если уж она испугалась…
– Глеб… Глеб, я не хотела… Я же… Глеб… – бессвязно бормотала я, пытаясь безрезультатно нащупать пульс.
– Не трогай его! – тут же накинулась на меня старая женщина. – Так и знала, что ты принесешь лишь проклятие! Посмотри, что ты наделала! Кровиночка моя! Глебушка… – начала всхлипывать женщина, заметив кровь, собирающуюся под его головой.
Я же, так и не сумев нащупать пульс, крепко обняла дочь и начала раскачиваться. Мысль о том, что Глеб… Что это я убила любимого мужчину…
– Он дышит! – ворвался чей-то взволнованный голос в мое омраченное горем сознание. Как оказалось, Валентин, вызвавший скорую, уже впустил прибывшую команду медиков в дом.
Происходящее дальше было просто каким-то кошмаром. Чудом сумев добиться того, чтобы нас с дочерью взяли в больницу, я, радуясь тому, что Вася была уже одета к выходу, натянула пуховик и юркнула в машину скорой, пока бабушка Глеба продолжала осыпать меня проклятиями.
Дочка молчала, уткнувшись мне в плечо, словно чувствовала напряженность происходящего. Я же всю дорогу молилась так, как никогда в своей жизни. Ничто не пугало меня настолько, как потеря Глеба. Потеря навсегда, без возможности обернуть всё вспять…
Пусть он обманул, использовал, поступил низко, скрыв жену и ребенка.