Пытаюсь обнять, согреть, запрещая себе думать о причинах. Для начала нужно просто привести ее в чувства. Притягиваю дрожащую и всхлипывающую Виту к себе, но она дергается и отталкивает меня.
— Нет, не трогай меня! — кричит, кутается в одеяло, будто пытается отгородиться от меня. Черт, я идиот! Какого хрена я затеял это наказание?! Я не хотел сделать ей больно. Я вообще не думал, что это может ее шокировать. Я понимаю, что с ней что-то творится, но совершенно не знаю, как себя вести.
— Вита, поговори со мной, осторожно тяну ее к себе, — но она шарахается от меня как от прокаженного.
"— Пожалуйста, оставь меня одну! Пожалуйста! Уходи… — ее голос срывается. Тяну к ней руку, но тут же одергиваю себя. Встаю с кровати, направляясь к выходу, но вновь возвращаюсь к ней, не желая оставлять ее в таком состоянии.
— Вита, поговори со мной, — осторожно прошу ее, смотря, как она, словно запуганный ребенок, прячется от меня под одеялом.
— Нет. Оставь меня одну и со мной все будет хорошо, — задыхаясь, произносит она и начинает глубоко вдыхать и медленно выдыхать.
В течение часа я бродил по темной квартире, постоянно заглядывая в приоткрытую дверь спальни, и не мог найти себе места. Что могло произойти в жизни этой девочки?! Чем вызваны эти резкие перемены в ее поведении? В ней словно уживаются две личности. Уверенная в себе сексуальная женщина и маленькая запуганная девочка.
В какой-то момент она затихла, и мне показалось, что Вита уснула. Я долго смотрел на нее через приоткрытые двери, боясь пошевелиться и нарушить ее спокойствие. Голова разрывалась от тысячи мыслей, которые наслаивались друг на друга, не желая собираться воедино. Не мог понять.
О сне не может быть и речи, я ухожу в свой кабинет.