Стая

— Отдаст, — отрезал Денис, следя за дорогой и не поворачивая головы.

— Не лез бы ты, — не очень твердо продолжил Вуич. – Меня, мой друг, конечно, радует твоя уверенность, но я бы на твоем месте…

— Я знаю, — остановил его Денис. – Знаю: на моем месте, ты бы – не лез. Но это ты. Помнишь, что Юлька сказала? Люди переменчивы. Сегодня нельзя, завтра можно. Всему свое время. Я подожду. Монахова и подвинуть можно. Видишь, что творится? И это только начало."

"— Не хочешь ли ты сказать, что собираешься?.. – Закончить мысль вслух Лёня не решился.

Только бросил на Дениса немного оторопелый взгляд.

— Лёня, я похож на идиота?

Тот пожал плечами:

— Вроде никогда им не был, но кто знает. Я с некоторых пор уже ни в чем не уверен.

— Прибереги свою философию для другого случая. Юлька маленькая еще. Времени – вагон.

Лёня надул щеки и медленно выпустил воздух.

— Купидон тебе в помощь. А ты с этой еще встречаешься?

— Местами.

— Хорошо устроился…

— Давай без мозгоклюйства, а?

— Давай, — со вздохом протянул Лёня, на том успокоившись.

Тем более они уже подъехали к кафе, в котором условились встретиться со Стасом и Женькой. Ради последнего все это и затевалось.

Внутри было шумно. Парни ждали их, расположившись за одним из боковых столиков.

— Ну, здорово, мышь серая! Вылез наконец-то из своей норы! Я уже забыл, как ты выглядишь. На улице увидел бы, мимо прошел. – Денис сгреб Женьку в объятия.

— Врешь – не проведешь, — засмеялся Женька. После Дениса к нему приложился Лёня. – Житуха завернула, никак не развернусь.

Планирую-планирую, а все равно ничего не успеваю. Честно говоря, думал: вообще не выберусь. А вы, смотрю я, высоко летаете. – Глянул в окно и кивком указал на припаркованный напротив шауринский черный «Мерседес».

— Так сколько же можно брюхо о землю стирать, да голубей жрать с голодухи, — в тон ответил Денис, сбрасывая с плеч пальто и усаживаясь за столик.

На лице Женьки печатью застыла тревожность, которую не могла затмить даже радостная улыбка от встречи с друзьями.

— Что-то ты холоден и мрачен, — хмуро пошутил Лёня.

— Так ты бы попусту языком не трепал. Мы со Стасом тут уже все разговоры переговорили, а от этого сам понимаешь ни в голове, ни в…

— Задобрел ты, совсем от нас отвык... – Вуич на радостях сделал Боголюбову шейный захват, да так, что у того дыхание перехватило.

— Лёня, сука… — пропыхтел он, еле выдавливая из себя слова.

— Лёня сукой никогда не был, — назидательно произнес Вуич.