— Пригласил, — подтвердил Коробейников. — Я считаю, что она может нам помочь.
— А Вы не считаете, — спросил я сдавленным от ярости голосом, — что Вы подвергаете ее опасности?
— Подождите, — вмешалась Анна, — я сама вызвалась помочь. Скажите мне только имя убитой.
— Елена Спиридонова, — ответил я резко, еще не справившись с эмоциями.
— Елена Спиридонова, — послушно повторила Анна Викторовна. — А можно я побуду здесь несколько минут одна?
— Разумеется, — ответил Коробейников, хотя вопрос был адресован вовсе не ему.
Что-то он много стал себе позволять в последнее время. То, что он со мной спорит, я воспринимаю даже с одобрением, как признак его растущей самостоятельности. Но действовать через мою голову я ему не позволю. Да еще как действовать! Он что, забыл, что тут вооруженный убийца в лесу? Как он посмел подвергнуть Анну такой опасности?! Как он вообще посмел договариваться с ней, не поставив меня в известность?!
Мы вышли на крыльцо. Антон Андреич посматривал на меня с опаской, ожидая разноса.
— Спиридонов в меня стрелял, — сказал я ему, — и он ранен. В больницах нужно искать.
— И необходимо проверить частных врачей, — добавил Коробейников, — Наверняка он к кому-то обращался.
— Вот этим позже и займитесь, — велел я ему.
Внезапно дверь распахнулась, и на крыльцо выбежала насмерть перепуганная Анна Викторовна.
— Там кто-то есть, — сказала она, показывая вглубь коридора. — Я что-то слышала.
Мы с Коробейниковым бросились в дом, на бегу выхватывая револьверы. Осматривая комнату за комнатой, мы довольно быстро нашли ту, в которой спрятался Спиридонов.
— Спиридонов, полиция, — крикнул я, — без глупостей.
Он не ответил, и я решил рискнуть и войти.
Дмитрий Спиридонов сидел на кровати, и с первого взгляда было видно, что глупостей от него ожидать не приходится.
— Сдаюсь, — сказал он, тяжело дыша, — врач мне нужен.
— Это вы убили Голубева? — спросил я его.
Он молчал, только стонал.