Я ни одному мужику не хотела рожать детей. Думала, такого не родилось. Неужели, он этого не чувствует?
А вдруг… он ничего ко мне не чувствует?
Да черт его знает!
Разве в нём можно хоть что-нибудь понять?!
Самый сложный и закрытый человек на свете. Теперь… понятно, почему…
Мысли о том, что его могли бить в детстве, колотят меня. Боже… лучше об этом не думать, опять зареву. Почему я должна строить эти догадки? Неужели сложно объяснить?
Видимо, сложнее, чем мне кажется. Раз от него ни слуху, ни духу.
Опрокидываю в себя рюмку обжигающей жидкости и начинаю кашлять.
- Господи, сколько тут? - сиплю я, стуча по своей груди
- Пятьдесят. С тебя хватит. - Гладит по голове отец.
Быстро зажевываю горохом, тряся головой.
В дверь звонят, и мама, закинув кухонное полотенце на плечо, идет открывать.
- Это тетя Маруся, наверное, - с набитым ртом мямлю ей вслед.
Щелкает замок, а потом настороженное:
- Вам кого? Тарасовы на третьем...
Слышу тихий голос, от которого у меня подскакивает давление.
Шуршание верхней одежды…
- Кто там, Светлана? - строго спрашивает папа, поднимаясь со стула.
Мама появляется в дверном проёме и растерянно смотрит на меня."
"За ее плечами вырастает знакомая фигура, которая задевает башкой дверной косяк.
Темная толстовка, русые волосы и помятое лицо. Зелёные глаза впиваются в мои.
Исподлобья.
Серьезные и строгие, будто их подменили.
Сердце на миг останавливается и проваливается в живот, а потом в пятки.
- Убью… - шепчу я, вскакивая со стула.
Глава 32
Влетаю в него так, что он покачнулся.
Обвиваю руками его шею, глажу её, бормоча:
- Ты… ты…
Ударяю кулаком по его груди, прижавшись носом к горячей коже.
Макс перехватывает мою руку и сжимает второй мою талию, притискивая к себе так, что чувствую его всего: его грудь своей грудью, его живот своим животом, его бедра своими бёдрами. Трепыхаюсь ещё секунду, а потом сдуваюсь. Безвольно повисаю на нём, признавая себе в том, что я самая настоящая тряпка. Но от облегчения голова идёт кругом, плюс ко всему, я с утра не очень хорошо соображаю.
Какой же он засранец!
Всхлипнув, утыкаясь носом в его толстовку и просто дышу. Он тихо дышит мне в висок, опустив голову и прижавшись к нему щекой.
Закрываю глаза. Родной запах заполняет ноздри. Трусь щекой о его грудь и чувствую, как каменеют его мышцы. Большим пальцем он гладит мою ладонь, которую припечатал к груди своей рукой.
Если бы он не пришел…
Я бы нашла его и… не знаю...