– Подожди, подожди, успокойся!
Прошло столько лет, но Паллина осталась все той же, с ее восторженностью, в плохом и в хорошем; она, как река во время разлива. Но именно это Баби в ней и любит.
– Сейчас я тебе расскажу. Но если он тебе этого не сказал, то это значит, что ты никогда этого не слышала, ясно?
– Яснее некуда.
– Поклянись, что ничего не скажешь.
– Клянусь.
– Учти: если ты что-нибудь скажешь, то поставишь его в неловкое положение. А если у него вдруг снова появилось ко мне какое-то доверие, то он утратит это доверие уже навсегда.
– Я знаю.
– Тогда я, наверное, умру. Потому что теперь он для меня, вместе с моим сыном, – самое главное в жизни.
Паллина по-настоящему удивлена. Она ошеломлена и взволнована, увидев, как сильна любовь, которую Баби испытывает к нему до сих пор. Ведь она же сказала: «вместе с моим сыном, – самое главное в жизни». «Вместе с моим сыном», а не «после моего сына». Наравне с ним.
Паллина глубоко вздыхает и жестом останавливает Баби:
– Подожди.
– Что такое?
– Мне во что бы то ни стало нужна одна вещь.
Паллина поднимает руку:
– Будьте добры…
Увидев ее, к столику подходит высокая красивая официантка-шведка.
– Вы не могли бы принести мне морковный торт? – Паллина указывает на упоминание о нем на грифельной доске.
– Да, конечно.
Баби добавляет:
– И для меня один тоже. Спасибо.
Официантка делает пометку в маленьком блокноте, вынув его из заднего кармана своей джинсовой юбки, и уходит.
– Ну вот, отлично. Извини, просто он мне очень нравится, и я боялась, что он закончится, так что отвлеклась.
– Ну, не преувеличивай! В нем нет ничего невероятного. Так вот, через одного адвоката, работающего на моего мужа, но очень надежного, я узнала и название компании Стэпа, и ее адрес. Тогда я навела справки и узнала, что секретарша каждое утро завтракает в баре по соседству. Ну и, естественно, начала туда ходить. Мы с ней подружились, я рассказала ей про наш роман, и он ее очень тронул.
"– И ты еще говоришь, что нет ничего невероятного? Это лучше последних фильмов про агента 007!
Тут официантка приносит им два морковных торта и ставит их на стол.
– А можете принести мне большой цикорий?
Паллина улыбается: Баби и ее навязчивые идеи…
– А для меня горячий макиато. Спасибо.