– Банни, Паллина… Мне нравятся эти смешные имена. А теперь я пошел спать, а то завтра мне в школу. Иначе мама рассердится.
– Точно. Ты уже начинаешь меня понимать.
Баби встает с дивана, кладет руку на голову сына и нежно подталкивает его к коридору, из которого он пришел.
Массимо оборачивается в последний раз.
– Спокойной ночи.
И идет за мамой в свою комнату.
Вскоре Баби возвращается в гостиную.
– Паллина, ну ты даешь… Он в тебя просто влюбился.
– Да ну, просто ему нравится смешное имя. И не говори так, а не то Банни будет ревновать и к нему.
Сандро улыбается.
– К нему – особенно! Он такой красавчик… Но знаешь, на кого он похож? Знаешь, кого он мне напоминает?
Паллина и Баби переглядываются и едва не теряют сознание.
Банни на них смотрит.
– Ну, вы поняли, кого?
И хором отвечают:
– Нет.
И потом улыбаются, хотя они все равно смущены.
Банни стучит рукой по дивану.
– Да ладно, с такими глазами… А, ну да, на этого французского актера, Алена Делона!
И обе с облегчением вздыхают.
– И точно! Что-то есть… – поддакивает ему Паллина.
Баби ей благодарна.
– О да, отличный комплимент. Пойду на кухню посмотрю, как там Леонор.
Паллина поднимается с дивана.
– Я с тобой.
Едва они входят на кухню, Баби прикрывает дверь.
– Меня чуть удар не хватил, я даже подумала, что ты ему сказала.
– Ты что, с ума сошла? Ты думаешь, я могу рассказать такое? И это после того, как я тебе дала слово? Да ты меня обижаешь! Или ты забыла, кто я? Легендарная Паллина!
– Ты права, но я чуть не умерла.
– И я тоже! Я подумала, что он сам догадался. А теперь, когда я все знаю, я просто окаменела, когда вошел твой сын. У него та же улыбка, взгляд. Он действительно красивый.
На мгновение Паллина вспоминает про тот вечер со Стэпом, когда она столько выпила, когда была в отчаянии и захотела его, думая, что, потеряв Полло, можно полюбить только его: это казалось ей единственным выходом. Ей стыдно, что так было. Паллина не знает, хватит ли у нее когда-нибудь смелости рассказать об этом Баби.
– В чем дело?
– А что такое?
– Ты стала вся красная.
– Пустяки, просто я уже отвыкла пить.
– Нет, наверное, выпила слишком быстро. Уж ты-то прекрасно все переносишь.
«Но только не кое-какие чувства», – хотела бы ответить ей Паллина. Ей так хотелось бы рассказать Баби все, но она не решается, а предпочитает посмеиваться про себя, обдумывая последнюю фразу «Унесенных ветром», которая ей так нравится: «Я подумаю об этом завтра».