Три метра над небом. Трижды ты

«Почему именно со мной, почему именно сейчас?» Она чувствует себя очень одинокой, у нее не хватает смелости доверить кому-нибудь свою боль. Ей бы хотелось, чтобы ее обняли, помогли, чтобы ей не приходилось выбирать. Может, именно это и смущает ее больше всего – думать, что она могла бы изменить ситуацию, что могла бы принять другое решение… «Но я люблю Аврору, я люблю Аврору больше всего на свете. И я уверена, что все будет хорошо, потому что Бог не может…»

– Джин!

– А?

Внезапно она словно просыпается и видит, как я на нее смотрю, я рядом, я ей улыбаюсь.

– О чем ты думала? У тебя было такое странное лицо… Сначала ты была напряжена; казалось, что ты обдумываешь какую-то проблему, а потом, наконец, улыбнулась, словно нашла идеальное решение.

Джин гладит меня по лицу.

– Да, так оно и есть.

– А ты уверена, что все в порядке?

– В полнейшем.

– Ты не против, если мы сегодня вечером выйдем в люди? У меня приглашение; вечеринка в честь нового канала телекомпании «Фокс».

– Нет, спасибо, я немного устала, сегодня у меня был тяжелый день.

Ты помнишь, что я начала работать в этом бюро? Я еще не привыкла.

– Хорошо, как хочешь, я пойду в душ.

Джин допивает сок. «Мне и правда нужно идти в бюро; на работе мой ум будет занят, и, самое главное, доктор Фламини прав: душа должна быть спокойной и жизнерадостной, душа способна нас излечить».

109

Лоренцо входит в дом.

– А вот и я, я пришел.

Но он не слышит никакого ответа. Он идет в гостиную и видит, что стол накрыт только для одного человека, с двумя прикрытыми тарелками.

Потом появляется Баби. На ней длинное черное платье, в руке – плоская сумочка-конверт. У нее оригинальная прическа, а безупречный макияж, даже легкий, делает ее голубые глаза еще более выразительными. Лоренцо не может не заметить, что она невероятно красива. И сегодня вечером, пожалуй, как никогда. Баби замечает его взгляд и улыбается.

– Леонор мне сказала, что ты вернулся, так что я велела приготовить тебе холодные спагетти с моцареллой и помидорами и маринованную телятину с соусом из тунца.

Здесь есть еще салат. Или можешь попросить, чтобы тебе подогрели шпинат. В холодильник я для тебя поставила бутылку вина «Бланш». А еще там есть, если хочешь, «Йерманн» и «Доннафугата». Если ничего из этого не подходит, в винном баре есть все, что пожелаешь. Я не открывала вино, потому что не знала, какое именно ты предпочтешь.

Лоренцо подходит к ней и улыбается.

– «Бланш» подойдет отлично, ты сделала прекрасный выбор. – Он гладит ее по руке.