Саша бесшумно метнулась и вытащила нож.
– Ну-с, нашли наконец? Просуньте его под дверь.
Она молча выполнила указание.
– В другой раз не теряйте в своей комнате острых предметов, Александра. А то, знаете, у меня второй ключ от вашей комнаты есть...
Больше он ничего не сказал, и некоторое время она еще со страхом прислушивалась к долетавшим до нее звукам, сопровождавшим перемещения мужчины по дому: не вздумает ли к ней войти, коль скоро у него второй ключ есть?!
Потом ей это надоело, и она легла на диван, уставившись в потолок.
...А может, это именно то, что нужно сделать? Подстеречь его у входа и, как только он войдет в дом, воткнуть в него нож?! Маньяк он или сумасшедший, но он ее похитил и запер в доме.
Проблема была лишь в малости. В такой вот малости: не могла Александра воткнуть нож в живого человека. По крайней мере, пока он на нее реально не напал. Пока не дошел до крайности.
Ха-ха, это означает, что надо дождаться, пока он на нее нападет? А когда он это сделает, то у нее и ножа под рукой не будет – он этого не допустит!
Смешно.
Да, конечно, она цивилизованная личность, окультуренная особа с гуманистическими взглядами на жизнь. Поэтому ее можно похитить, запереть, убить. Она же не превысит меру необходимой обороны, или как там говорят юристы.
Весь вечер она провела в этих горьких, ядовитых мыслях, прислушиваясь к шорохам за дверью. Уедет он сегодня вечером или останется тут? Ей очень хотелось, чтобы он уехал... Даже если он не совсем похож на маньяка, и все это, без сомнения, какая-то странная и нездоровая шутка, но его присутствие ее душило. Даже через дверь.