– Я убрал ладонь с денег. Монетки мигом перекочевали в карман парнишки.
– Нет, – с сожалением сказал он. – Больше ничего не знаю. Я поначалу внимания не обратил, я радовался очень, что сыграл хорошо… Я ведь хорошо играю?
– Да, замечательно, – похвалил я. – И все же… вспомнишь еще что-то – подойди.
– А куда?
– Гостиница. «Золотой ритон». Знаешь?
– Конечно, мы тут каждый год играем… А кого спросить?
– Графиню Хелен, – переглянувшись с летуньей, сказал я. – Сам я путешествую инкогнито.
– Благодарю, ваша светлость.
Мальчик встал, старательно поклонился Хелен и торопливо зашагал прочь. Я посмотрел на летунью:
– Ну? Ты хоть что-то понимаешь?
– Что значили слова о смоленом тросе?
– Я говорил это Маркусу. Когда мы бежали.
– Ясно.
– Хелен, если ты поняла, за что я заплатил пару стальных, то скажи.
– Дорогой граф, мы только что узнали две вещи. Во-первых, то, что Маркус в Миракулюсе.
Хелен сияла не меньше маленького актера, заработавшего две монеты.
– Похоже на истину.
– А второе – нам дали понять, что искать его бесполезно.
– Значит – ждать?
– Да. Кстати, ты был прав, этот мальчуган хороший актер.
– Почему? Такой же бездарь, как вся их труппа. Но не огорчать же парнишку…
Хелен вздохнула:
– Ильмар, замки ты открываешь ловко, а вот с интригами разбираешься скверно. Ты даже не обратил внимания, как изящно и непринужденно этот ребенок выманил наш адрес.
– Побойся Сестры, Хелен! Я сам его назвал, чтобы он…
– Вот именно.
Лицо летуньи становилось все жестче и жестче.
– Пошли. – Она резко поднялась. – Я не знаю, сколько придется ждать и чем кончится ожидание. Но нам лучше быть в гостинице.
Наверное, она была права."
"Среди гуляющих в Стране Чудес мы, по-видимому, были редкой парой, возвращающейся в гостиницу так рано. Портье вручил нам тяжелый медный ключ, и мы поднялись на четвертый этаж. На лифте – не хотелось упускать оплаченного удовольствия.
– Паровой? – спросил я паренька-лифтера в темно-синей форме.
– Скажи, дружок. – Хелен достала из сумочки монетку. – Если бы ты искал на острове женщину средних лет с невыразительным скучным лицом… куда бы двинулся?
Паренек скривился:
– Я бы помоложе искал. И веселую.
Летунья улыбнулась:
– Понимаю. Но такой ответ тебе денег не прибавит.
Лифтер старательно соображал.