Я действую, повинуясь порыву, когда крепко обнимаю ее, уткнувшись лбом в ее лоб и пытаясь вдохнуть в нее немного надежды, как она до сих пор дарила ее мне. Эля напрягается, окаменев в моих руках, а потом внезапно, разом выдыхает, и из ее глаз бегут тихие слезы.
— Эй, не смей плакать! — строго говорю ей, отстраняясь. — Сейчас Соню привезут. Пошли ее встречать. Без слез.
— Хорошо, — всхлипывает Эля, вытирая лицо. — А Лора?
— Уехала, — отвечаю без разъяснений, и она просто кивает, не задавая лишних вопросов.
Мы выходим из палаты, и, когда мою малышку везут обратно, с груди словно сваливается огромная тяжесть. Сегодняшнее происшествие, как бы странно это ни было, вдохнуло в меня новые силы. Я больше не собираюсь предаваться отчаянию и думать о смерти. Соня будет жить. Она будет бороться. И я буду бороться вместе с ней, потому что моя малышка очень сильная и она заслуживает такого же сильного папу.
Глава 13
ЭляМесяц спустяМосква встречает легким снегом и морозным воздухом, пощипывающим щеки.
Просто забрали Соню из больницы сначала в квартиру в Израиле, а потом врачи разрешили ей поехать домой. Нас ждет долгое восстановление, возможно, еще один курс лечения, но дочка, дай Бог, пойдет на поправку.
Погружаемся в такси и Демид занимает место рядом с водительским, а мы с няней и детьми устраиваемся позади на двух рядах кресел.
— Элечка, надо нам будет с Бусей к педиатру сходить, — огорошивает меня няня, поправляя соску во рту ребенка, который устроился в детском кресле и болтает ногами."
"Странная фраза. Я быстро перевожу взгляд на Демида. Кажется, сквозь шум едущего автомобиля он ничего не заметил.
Неудобно спросить у няни, что она имеет в виду. Но наверняка она ошибается: у нас не может быть общих планов, потому что максимум, на что я могу рассчитывать, так это на то, что Демид позволит мне навещать Соню.
Киваю Рите и смотрю в окно, давая понять, что на разговоры не настроена.