— Я тебе покажу Громозеку! Поймаю и задавлю, клоп, — беззлобно пригрозила ему Оксана.
Лёша что-то обсуждал с Костей и Денисом. Вера Тихонова прилежно повторяла параграф. Дэн и Гарик швыряли друг в друга резиновый шарик, как дети. Антон Кулешов сидел на первой парте, прямо на столешнице, спиной к доске, и переговаривался через весь класс с Рогозиной. Та отвечала ему игриво, но время от времени бросала украдкой взгляды на Колесникова. Ну а тот, откинувшись на спинку и заложив руки за голову, сидел за последней партой крайнего ряда.
Но увидев Мику, Колесников сразу подобрался, перестал раскачиваться на стуле, вперился в неё горящим взглядом. Она же старательно избегала смотреть в его сторону. Поздоровалась с Лёшей, с другими, успела даже про себя отметить, что вроде всё как обычно, никто не косится на неё как-то по-особому, так что, может, зря себя так накрутила… Хотя тут ведь Лёша — при нём высмеивать её не стали бы, это факт.
— Я заходил к вам сегодня утром, — сообщил он.
Мика замешкалась, не зная, что ему ответить, и тут подал голос Колесников:
— Я тоже к вам заходил. Вчера вечером.
Игнорировать его и дальше не получалось. Взгляд сам собой метнулся в его сторону. К лицу тотчас прихлынула кровь, дурацкое сердце запрыгало в груди, но Мика почти сразу сумела взять себя в руки.
— И где же ты так поздно гуляла вчера? — спросил он с полуулыбкой, когда она прошла к своему месту за третьей партой среднего ряда. — А если серьёзно, Мика, ты чего вчера не пришла?
Мика, остановившись у своего стула, поставила на стол сумку, взглянула на него и с непоколебимым спокойствием спросила:
— А куда я вчера должна была прийти?
Это его заметно обескуражило. И улыбка тотчас сползла.
— Как куда? — он взметнул брови. — Мы же договаривались с тобой встретиться вчера…
Тут только Мика обратила внимание на то, как притих весь класс. Каждый следил за их диалогом: кто-то — с любопытством, кто-то — с напряжением, кто-то — с азартным огоньком в глазах. Они прислушивались, ловили каждое слово, ждали её реакции. Для них это было зрелище, забавное шоу, в котором по прихоти этого подонка ей отвели самую унизительную роль.