Безбашенная

Быть может, я маньяк… Быть может, у меня есть намерение убить тебя изощренно… Быть может, это всё очередной мой сумасшедший эксперимент… Ведь никто не знает, что ты тут со мной… Никто же не знает? Не звонил ты Олегу, так?

По волне его страха понимаю — не звонил!

— Б*я-я-ять! — пытается выбраться он из моих чар, — это все е*учая трава. Это просто паранойя…

— Не-е-ет, мой почти мертвый кот… Мы идем с тобой к краю… Я провожу тебя туда…

И я раскачиваю в себе намерение скинуть его вниз. Он должен чувствовать это по-настоящему.

Чувствовать, что я не шучу! Несколько раз прокручиваю в голове эту картинку, как я толкаю в спину и он летит вниз… мой живот сводит от страха высоты!

— Иди… — подталкиваю я его в спину.

Он снова делает несколько шагов вперед и замирает.

Вена на его шее колотится во всю, а, значит, уровень адреналина уже приличный.

— Не останавливайся… Смерть пугающая… Но это всего лишь дверь… Давай заглянем… Тебя не пускает страх… Смотри на свой страх со стороны… он отдельно, ты отдельно…

— Я убью тебя Туманова… — его голос подрагивает.

— А ты уверен, что я — это она? — холодно шепчу ему я, подталкивая в спину. — Аронов утверждает, что внутри меня несколько личностей. А он психиатр… И та, что говорит с тобой, живет в дверном косяке между и между… Ты идешь в гости… А, быть может, ты уже мертв, и это все игры разума? Как ты определяешь, что ты еще жив?

Сглотнув, он делает под моим давление еще пару маленьких шагов к краю.

— Маньячка…

— Доверяй мне… — опасно хихикаю я, уже сама немножко сходя с ума и чувствуя, как трава усиливает у него созданную мной паранойю.

Остановив, я опять несколько раз поворачиваю его, снова сбивая направление и толкнув в спину, подвожу к краю, держа его за рукав куртки. Ветер бьет нам в лицо, и он каменеет.

— Где мы? — шепчу я ему в ухо.

— Край крыши…

Пытается сделать шаг назад, но упирается спиной в меня, я не позволяю отступить.

До края, на самом деле, еще около метра, но именно с этой стороны на расстоянии метра на полу небольшой бетонный порожек, который с других сторон расположен на самом краю крыши.

И мне приходит в голову использовать эту иллюзию, чтобы обострить его ощущения.

Я еще раз давлю ему в спину и носки его кроссовок упираются в бетонный порог. Он стоял у такого, когда рассматривал сверху город и сейчас уверен, что перед ним обрыв площадки.

Вздрагивает, теряя равновесие на секунду и задыхаясь от адреналина.

— Страшно? — шепчу я, на всякий случай покрепче удерживая его за наручники.