Тейдж сжал мою руку, потянул к себе, быстро прижался губами к раскрытой ладони, опалив ее раскаленным дыханием и, прежде, чем я успела опомниться, начал деловито рассказывать, как следует кормить мелкую и ухаживать за ней.
Как я после этого сумела еще что-то запомнить, не представляю…
Следующие несколько дней сделали Пинки всеобщей любимицей.
Дракоша сразу и безоговорочно покорила королевскую семью. Близнецы пришли от нее в бурный восторг и долго прыгали рядом, визжа от переполнявших чувств. Алистер весело заявил, что теперь во дворце у нас триумвират — Ал, Алька и Аля.
В Асавайне нам буквально не давали прохода, тут же обступали, рассматривали, забрасывали вопросами.
Наставники намекали, что в следующем семестре, сразу после каникул, неплохо бы заняться изучением этого забавного феномена. Особенно упорствовал Мара. А среди адептов началось настоящее поветрие: все лихорадочно пытались сотворить подобное существо.
Она купалась во всеобщем обожании и охотно принимала подношения, особенно сладкие. Оказалось, дракоша питается не только огнем, но с удовольствием лакомится пирожными, причем, готова уничтожать их в огромных количествах.
Мужчина… Что бы он понимал в девочках.
В общем, подопечная моя вкусно ела, сладко спала, сопровождала меня, демонстрируя окружающим себя любимую, и всячески наслаждалась жизнью. На этом, собственно, все. В отличие от настоящих фамильяров, никаких особых умений и талантов она показывать не спешила. Или тщательно их скрывала.
Правда, Тейдж обмолвился, что Пинки просто еще очень маленькая, практически, новорожденная.
Тейдж.
Теперь мы встречались каждый вечер. Сначала под предлогом заботы о дракоше. Потом и вовсе без предлога.
Приближался последний экзамен, по травологии. С учетом отношения ко мне магистра Фаерай, он обещал быть очень и очень непростым.