Мертвец исчез, а мы с Таней вышли из кареты. Девушка сжала мою руку, но оставалась абсолютно спокойной. Годы, проведённые с туарегами, теми ещё разбойниками, закалили её характер до твёрдости стали. Даже не знаю, кто из нас больше владеет собой.
В кармане пискнула табакерка-телеграф, и мы зашли внутрь. Огонь не зажигали и продвигались почти в полной темноте. Я ориентировался на ощущения от «ловчей сети», а Таня следовала за мной, как на буксире.
— Я здесь, Константин Платонович, — Киж появился из тени возле парадной лестницы.
— Двигаемся наверх. Слуг убивать необязательно, можешь их просто оглушить.
— Как получится, — буркнул мертвец и заскользил вверх по ступеням.
Я не торопился, с каждым шагом поправляя «ловчую сеть» и оценивая ситуацию. Нет, Панин пока не почувствовал наше присутствие. То ли устал, то ли не слишком усердствовал, развивая чувствительность Таланта. Впрочем, это не удивительно — он слишком много времени уделял политике, а не магическому могуществу.
Киж ждал нас на лестнице, не доходя десяток ступенек до третьего этажа. Обнажив палаш и ожидая команды, он топтался возле черты, за которой его точно обнаружит Панин.
— Ждём, Дима. Я дам сигнал.
Ощупывая этаж «ловчей сетью», я выжидал подходящий момент. Панин, расслабленно развалившись в кресле, что-то выговаривал лакею. Вот он скорчил недовольную мину и махнул рукой, отпуская слугу. Взял большую чашку с чаем, отпил и закрыл глаза. Лакей вышел из комнаты и, чуть шаркая ногами, побрёл к лестнице для слуг.
— Начали!
Фигура Кижа размазалась в полумраке и беззвучно рванула вверх. Слуга не успел даже ничего заметить — мертвец догнал его и оглушил ударом по голове. А затем рванул к покоям Панина.
Как бы ни был стремителен Киж, но масон успел среагировать. Едва мертвец распахнул дверь ударом ноги, его в грудь ударил всполох. Киж отлетел обратно в коридор и с хрустом впечатался спиной в стену.
Вскочивший на ноги Панин не успел отойти от кресла, создавая перед собой магический щит.
Панина вместе со щитом швырнуло обратно в кресло. А само кресло опрокинулось на спинку, заставив масона дрыгать ногами, из-за чего он сделался похож на упавшего на спину таракана.
Я ворвался в комнату, а следом за мной и Киж, весь обсыпанный штукатуркой. Мы кинулись к ворочающемуся на полу Панину. Киж навалился на него, не давая подняться.