Закрыв за рыцарями дверь, я села на кровать, покусывая костяшки пальцев. Только сейчас меня заколотило, как в лихорадке. Проклятые Сомарецы! Сами отсиживаются где-то, а меня бросили под копыта боевым лошадям, не потрудившись даже объяснить, что к чему. А уж спрашивать, желаю ли я бороться с колдунами — и подавно! Кто я такая, чтобы интересоваться моим мнением?
Верить ли Раскелу? Он говорит о лорде Нобаре, страшном колдуне. Но кроме его слов, у меня нет ничего. Ясно одно: есть страшная и злобная сила, которая играет против Сомарецов, и я оказалась втянута в эту войну, пусть и против желания.
Как же противостоять колдунам? Я попыталась припомнить все, что когда-либо слышала о магии и колдунах. Загибая пальцы, я пересчитала способы распознать колдуна: бросить его в воду, приложить к губам серебряное распятие, ткнуть в лицо пучок чеснока…
Бредовые и доморощенные способы, напоминающие суеверия вилланов. Впервые я пожалела о библиотеке в замке Редмар.
Может, послать письмо Стелле? Поразмыслив, я отказалась от этой идеи. Даже если послание не перехватят по дороге, едва ли Стелла сможет помочь. Скорее всего, она ничего не поймет и решит, что старшая сестра тронулась умом. Или — что еще хуже! — покажет письмо отцу. А вдруг он решит, то я таким образом пытаюсь расторгнуть брак? И тогда в довершение ко всем бедам можно будет добавить еще и донос инквизиторам.
Ольрун, дурочка, отчаянно хотела занять мое место. Что бы она сказала, действительно очутившись на моем месте?"
"Я повалилась в холодную постель и долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок. То мне виделись летучие мыши, злобно нападавшие из темноты, то чудилось, что шпион колдуна крадется по коридору, сжимая нож — шпиона не остановят заклинания и рябиновые прутья. И уже засыпая, вспомнила, как отчаянно целовалась с сэром Эдейлом после разговора с королем.
Глава 15.
Праздник на лоне природы
Если верить сэру Раскелу, моя свекровь — Варла Сомарец должна была встретиться со мной на празднике яблок
— когда вилланы заканчивали собирать урожай. Собственно, яблоки собирались гораздо раньше и сохранялись особым способом — в крепком рассоле с травами. Мне было странно пробовать такие яблоки, но северянам, видимо, нравилось.