Зазвенел прерывистый от волнения голос:
— Ты цел, дорогой?
Бред… Откуда в мокром ночном лесу…
Вей-о-о! Арлина!
Айфер бросил взгляд назад и коротко свистнул, давая остальным сигнал вернуться.
Орешек вскочил на ноги, пылая от ярости. Все его нежные чувства к Арлине мгновенно улетучились. Сейчас ему хотелось придушить эту дуру. Не важно, как она сюда попала. Главное — она рискует жизнью!
Он попытался что-то сказать, но вместо слов у него вырвался медвежий рык. Арлина отступила на шаг."
"— Нет, ты пойми… — Волчица старалась говорить веско и спокойно, но голос ее дрожал.
Для нее самой это было просто и понятно. Но на словах прозвучало неубедительно, по-детски.
Орешек как раз собирался испустить гневный вопль, который услышали бы даже в шатре Нуртора. Но странная логика заставила его закрыть рот, и Арлина смогла продолжить свои сбивчивые объяснения:
— Я сказала часовому, что у меня корзина кореньев… лекарственных… их надо хранить на холоде, внизу… А в корзине был плащ… и вот это…
Она отвела полу плаща и показала висящий на поясе короткий меч.
— Еще арбалет и стрелы… корзина была большая, часовой помог снести ее вниз… а потом я велела ему вернуться, пока никто не заметил, что он оставил пост…
— Сумасшедшая! — с тупым отчаянием выдохнул Хранитель. И собравшийся вокруг отряд молча согласился с командиром.
Эрвар попытался смягчить неприятную ситуацию:
— Госпожа так тихо шла за нами… ее совсем не было слышно…
— Да, — кивнула Арлина, — а вы ломились, как стадо коров.
Взгляд Айфера недоверчиво зацепился за арбалет Волчицы — в кожаном чехле, чтобы дождь не повредил тетиву.
— Госпожа хоть знает, как держать эту штуку в руках?
— Кто, я? — Арлина заметно повеселела. — Не помню, в каком возрасте я впервые пошла с дядей на охоту, но белку с вершины дерева снимаю не целясь.
Орешек с болью понял, что все его планы красивого исчезновения провалились в трясину и тиной накрылись. Он должен доставить эту отважную идиотку назад в крепость. Необходимо совершенно точно знать, что любимая в безопасности, иначе ни к чему ему жизнь и свобода…
Аранша возмущенно сдвинула густые брови.