А потом стреляю, целясь ему в горло, и едва успеваю увернуться от еще одного ножа, метившего мне в лицо, поймав обидчика за запястье за мгновение до удара. Мои шрамы страшно заводят Адди, так что я не стал бы возражать, если бы ему это удалось.
Глушитель пропускает совсем ничтожный звук – более тихий, чем тот, что сейчас раздается с пола, где бьется в конвульсиях человек, захлебывающийся собственной кровью. Обернувшись, я обнаруживаю, что Адди до сих пор сражается с первым парнем. Как раз в тот момент, когда я уже делаю шаг, чтобы устремиться ей на помощь, она наносит ему удар и ее нож вонзается ему в рот – и в мозг.
"Она выдергивает нож из его головы, и он падает на пол, умерев еще до того, как ударяется об испорченный ковер.
Черт, вот моя умница.
Сибби оглядывается по сторонам, и насколько я могу судить, она дуется. Ее губы сжимаются, она разочарована тем, что ей не удалось поучаствовать в этой потасовке.
– Их еще много, – тихо заверяю я.
Мое сердце бешено стучит от адреналина в крови. По венам словно разливается морфий, дарящий такой кайф, какой наркотики никогда не смогут повторить.
Адди смотрит на меня округлившимися глазами, и с ее руки капает кровь. Ее грудь глубоко вздымается, и даже отсюда я чувствую запах ее возбуждения.
Животное желание во мне начинает брать верх. Мне хочется повалить ее на пол и трахнуть прямо в луже крови. Но ее мать где-то в этом доме, скорее всего, раненная и взятая в заложники.
Отступив назад, я опускаю подбородок в знак одобрения, чувствуя, насколько диким стал мой взгляд.
Оторвавшись от своей маленькой мышки-убийцы, я прохожу вперед и тоже проверяю каждый угол помещения, обнаруживая в самом дальнем небольшую лестницу. Я заглядываю на ступеньки, но не вижу ничего, кроме бесконечной черноты.
– Это моя комната, – шепчет она позади меня.
Повернув голову, я оглядываюсь через плечо.
– Думаю, пока я не стану туда лезть, – хриплым голосом отвечаю я.
– Но нам нужно найти…
– Адди, – рычу я. – Если мы не очистим дом, они могут подождать, пока ты отвлечешься, и прикончить тебя. Поэтому, пожалуйста, просто проверь эту чертову комнату, детка.
Захлопнув рот, она делает то, что я говорю, и идет мимо меня, держась на небольшом расстоянии. Проходит всего минута, и она спускается вниз.
– Чисто, – выдыхает она.