Грехов надел сверкающий зеркальный балахон скафандра, посмотрел на третьего члена их маленькой группы — тот продолжал работать как ни в чем не бывало, — и перевел взгляд на водителя:
— Я заметил, вы передаете панораму на Станцию? Это обязательно?
— Строжайшим образом! Приказ начальника погрангруппы Свекольникова. — Они переглянулись с улыбками. — На базе видят то же, что и мы — подстраховка.
— А нельзя на время передавать не весь круговой обзор, а только часть панорамы?
— Понял. — Шелгунов поколдовал над пультом.
— Возьму лишь робота, будет тащить генератор и излучатели. Пока я буду их устанавливать, сдай назад от Ущелья, под скалу.
— В таком случае ты окажешься вне защитного пузыря.
— Ничего, я ненадолго, едва ли «паутины» почуют меня так скоро. Уверен, что «призрак» после извержения пойдет на контакт. То, что они не отвечали на наши вопросы со Станции, еще ни о чем не говорит, они могли просто не вникать в смысл наших предложений или вообще не обращать внимания на надоедливых соседей.
Шелгунов молча встал, заставил третьего члена экипажа надеть скафандр, надел сам и снова сел.
— Иди, — сказал он. — Я подстрахую. Ни пуха, ни пера…
— К черту!"
"Грехов накинул капюшон, выбрался из кабины в грузовой отсек, задействовал робота, похожего на индийского бога Шиву, скомандовал ему взять двухметровый тор генератора антигравитации, излучатели частиц, и вылез в сумеречный день Тартара.
Черное извержение
Модуль падал вечность. Диего со злостью посмотрел на широкую спину пилота: ему казалось, что тот медлителен, как коала. На самом деле с момента старта от Станции прошло всего немногим более двух минут, а они уже пронзали атмосферу Тартара, направляя полет в сторону плато Спокойствия.
В рубке десантного когга находилось всего три человека: пилот, сам Диего и пограничник из отряда Свекольникова Зубавин. Все трое были облачены в скафандры, и поэтому лиц товарищей Диего не видел, зато нет-нет да и вспоминалось ему лицо Грехова, упрямое и задумчивое, жесткое или улыбающееся…
Когг содрогнулся, некоторое время шел по спирали, — каруселью закрутилась недалекая коричневая поверхность плато, — потом выровнялся.
— Магнитная воронка, — раздался в наушниках голос пилота. — До цели три минуты. Посадка по ранжиру?
— Аварийная, — отрывисто бросил Диего.
— Есть, — безразличным тоном отозвался пилот.