Украденные прикосновения

Когда придет боль, мне нужно, чтобы ты тужилась, хорошо? Как тебя зовут?""

Женщина в машине хнычет и говорит что-то, чего я не улавливаю, вероятно, отвечая на вопрос медсестры, затем снова вскрикивает."

"""Я Милен"", — говорит медсестра. ""У тебя все хорошо, Дженни. Да, дышите. Еще раз, головка уже вышла. Еще один толчок, но помедленнее.

Медсестра смотрит через плечо на вход в больницу, потом в сторону, пока ее взгляд не останавливается на мне. ""Ты! Парень в куртке!"" — кричит она. ""Иди сюда!""

Я наклоняю голову и смотрю на нее.

Первое, что я замечаю, это ее глаза, но не цвет. Я слишком далеко, чтобы разглядеть эту деталь. В них смесь паники и решимости, которая приковывает мой взгляд. В любой другой ситуации я бы проигнорировал подобную просьбу и ушел. Жизнь других людей меня нисколько не интересует. Но я не могу отвести взгляд от девушки. Нужно обладать немалой решимостью, чтобы сохранять спокойствие в подобной ситуации. Медленно я подхожу к машине, не сводя глаз с медсестры, которая снова сосредоточилась на женщине в машине и раздает указания. Волосы медсестры очень светлого оттенка блондинки собраны в хвост, который висит в беспорядке.

""Дайте мне вашу куртку"", — говорит она, не глядя в мою сторону, в то время как женщина в машине издает глубокий стон. ""Вот так, Дженни. Вот так. Она у меня"".

Ее голос слегка дрожит, но невозможно не заметить паническое выражение ее лица. Меня поражает, как она держит себя в руках.

И после всего, что я видел и делал на своем веку, меня уже мало что удивляет.

Внезапно пространство вокруг нас пронзает детский крик.

Говорят, что первый крик ребенка должен растопить даже самое холодное сердце, но на меня он ничего не произвел. Не то чтобы я ожидал этого. Я только что был свидетелем того, как новая жизнь входит в мир, но это вызвало точно такую же эмоциональную реакцию, как переключение светофора.

Никакую.

Я снимаю куртку, намереваясь накинуть ее на дверь машины и уйти, но мой взгляд падает на лицо медсестры, и дыхание перехватывает в горле.

Она смотрит на ребенка на руках, улыбаясь с таким благоговением и радостью, что ее лицо светится. Так открыто и так искренне, что я не могу оторвать взгляд от ее губ. Я ничего не почувствовал в этом предполагаемом чуде жизни, но странное ощущение внезапно сжимает мою грудь, когда я смотрю на нее, а вместе с ним и чужое чувство… желания.