И я даже как-то воспрял духом, пока однажды в кабинете следователя не появился серьёзный дядечка в дорогом костюме. Лицо показалось отдалённо знакомым, но я никак не мог вспомнить, где и при каких условиях его видел.
Следователи незаметно испарились, и я понял, что сейчас что-то начнётся.
-Гаранин Андрей Игоревич, - представился новый человек в моей жизни.
Я сначала с непониманием посмотрел на него, а потом до меня дошло.
-Вы Лёшкин отец?
Тот кратко кивнул.
-С чего такая честь? – дерзко усмехнулся я, не понимая откуда во мне только смелость взялась, потому что во взгляде у Гаранина-старшего было что-то такое, что говорило о том, что здесь лучше не спорить, и не выделываться.
-Я могу говорить напрямую? – никак не отреагировал он на мой жалкий выпад. В этот раз была моя очередь кивать. – Хорошо. Только предупреждаю сразу, то, что я сейчас скажу, останется исключительно между нами. Даже если будешь кричать об этом, никто тебе не поверит, а то и замолчать могут. Понял?
-Понял.
-Значит, я в тебе не ошибся.
Всё было предельно просто. Я брал на себя Лёхину вину, с пеной рта доказывая, что это я искал новых людей для перегонов. А за это мне нанимают хорошего адвоката, который делает всё возможное, чтобы я получил минимальный срок для этой ситуации, и помогают моей семье, не только погашая ипотеку за квартиру, но и высылая ежемесяные суммы в качестве «моральной компенсации».
-Понимаешь, Сергей, - безэмоционально пояснял мне Андрей Игоревич, - Алексей – безнадёжно больной человек, и он не выдержит на зоне.
Объяснение про больного Гаранина тогда многое по местам расставит. Лёшка сторчится через пару лет, за год до того, как меня досрочно выпустят из тюрьмы.
Почему я согласился? Во многом из-за денег. Я понимал, что в ближайшее время мне не предвиделся подходящий шанс содержать уже не мою семью. К тому же, мне всё равно грозил срок, и я подумал, что какая уже разница, сколько.
Взял на себя всю вину за Лёшку. И как обещал мне его отец, никто даже не задал мне лишних вопросов о том, почему я вдруг изменил свои показания.
Глава 19
Глава 19."
"Аню выписали через два дня, и довольный ребёнок на всех своих парах полетел в школу, в очередной раз поразив меня.