– У тебя есть возможность сегодня у нас переночевать? Он там поспокойней будет, видимо, перед Новым годом разволновался, с ним такое бывает, когда чего-то очень ждёт.
-Хорошо, - сразу же согласился я, зная, что выполнил бы вообще любую её просьбу или указание.
-Тогда езжайте к нам, как раз пока соберётесь, пока доедете… Можешь его спать сразу же укладывать. А если не поможет… То вызывай тяжёлую артиллерию и звони моей маме.
-Я справлюсь.
-Знаю. Иначе я бы вас одних не оставляла, - мягко поясняет она. А мне от этой её мягкости только хуже становится. Хотя при чём тут вообще я? Свои чувства давно нужно уже выкинуть куда-нибудь. – Ты как?
Оля немного помолчала, а я слушал музыку, что звучала у неё на заднем фоне, и пытался уловить её дыхание."
"-Нормально, - наконец-то, отозвалась она. – Серёж, у меня работы море. Бежать надо. Отвези детей домой. И если что, звони мне. Вместе думать будем.
Вместе думать будем… Чувство собственной беспомощности и никчёмности махровым цветом разрасталось на душе, но я старался гнать их от себя поганой метлой. Сын удивительно легко согласился ехать домой, зато Аня недовольно скривилась, но промолчала.
Через час мы уже были у них дома. Серёжка долго слонялся из комнаты в комнаты, всё никак не желая обретать спокойствие. Уже на этапе укладывания спать, он вцепился мне в руку и потребовал:
-Привези маму!
-Серёжка, мама работает, - в очередной раз за вечер повторил я.
-Привези!
-Утром она приедет обязательно, а сейчас давай спать. Чем быстрее уснёшь, тем быстрее наступит утро… - я нёс какую-то дичь, всеми силами сдерживая своё раздражение. К детским истерикам я оказался не готов.
«А к чему ты вообще готов?!» - ругался на меня внутренний голос, лишь усиливая степень моей взвинченности.
К полуночи ребёнок всё ещё страдал, свернув с кровати всю постель. Аня устало тёрла глаза и предлагала сослать брата в космос, ну или вызвать бабушку.
-Ну и чего ты добиваешься? – не удержался я. Вопрос скорее был риторический, чем конкретный. Но мелкий всё-таки решил ответить.