Если бы ваши сотрудники произвели обыск тщательней, то нашли бы в шкафу, в кармане серого пиджака мою трудовую книжку, где в последней записи указано: служил в органах внутренних дел непрерывно три года, пять месяцев и двенадцать дней. Начальник Управления пожарной охраны № 50 ГУПО МВД СССР. — Задержанный развернулся к операм. — Уточняю — МВД СССР. Следовательно, я бывший сотрудник Министерства внутренних дел. Поэтому требую не только адвоката, но и отдельную камеру в изоляторе. Больше ничего без защитника говорить не буду…
Тут, лейтенант питерской милиции, мягко говоря, лукавил.
"Все свои личные документы Кантемиров сдал старшему следователю питерской городской прокуратуры, советнику юстиции Князеву.
Кто им, залётным сотрудникам, в чужом городе предоставит отдельную камеру для задержанного. Или найдёт камеру под конец рабочего дня с такими же бывшими сотрудниками? Да все специальные помещения во всех следственных ИВС переполнены так, что уже помощники районных прокуроров по надзору за содержанием заключённых перестали обращать внимание на эту «тесноту, да не в обиде»? Придётся всю ночь, по очереди караулить этого грамотного бандита.
— Кантемиров, раз такой умный, то должен знать о только что вышедшем Указе президента «О неотложных мерах по защите населения от бандитизма…», по которому я тебя, учитывая статьи в уголовном деле, могу спокойно отправить за решётку на целый месяц, даже не спрашивая фамилии.