Меня не наймут ни в одну нормальную фирму.
– Ты это заслужила, – резко говорит Дамир. – Скажи спасибо, что не тюрьма.
– Спасибо, – язвительно выплевываю я и отвешиваю ему издевательский поклон. – Спасибо, что не посадил меня за то, что я не делала!
Его губы кривятся, а потом с них срывается еще один вопрос.
– А деньги? Куда ты их дела?
– Какие деньги? – искренне удивляюсь я. – От продажи маминой квартиры? Так там копейки были. У нас город маленький, а однушка была в ужасном состоянии. Плюс часть ушла на долги по коммуналке и за врачей…
Горло перехватывает.
О смерти мамы я до сих пор не могу говорить спокойно. После этого я в полной мере ощутила, что осталась одна.
– От чего она умерла? – тихо спрашивает Дамир.
– Рак.
– Мне жаль.
– Вряд ли, но спасибо… – я нахожу в себе силы на усмешку. – Так вот про деньги. Их еле хватило на первое время в Москве и на оплату жилья, пока я искала работу.
– Почему ты вернулась сюда?
Потому что мама перед смерью сказала мне имя отца, потому что он жил в Москве, потому что я поехала сюда его искать, а нашла своего брата… Умного классного парня с серьезной болезнью.
На помощь ему и ушли остатки денег с маминой квартиры. Но этого было ничтожно мало.
– У меня были свои причины вернуться, – сухо говорю я. – И чтобы не было больше вопросов, с тобой эти причины не связаны никак.
– А с кем? С этим Демидовым? – Голос Дамира звучит зло. – Ты приехала к нему?
– Да, – бросаю я и отворачиваюсь к сумке, застегивая молнию.
– Значит, тебе не заплатили за предательство? – выплевывает он.
– Нет никакой причины. И денег нет. Потому что я этого не делала, – устало говорю я. – Ты можешь продолжать мне не верить, Дамир, но это не изменит правду.
Его глаза вспыхивают мрачным огнем.
– Собирайся быстрее, нам пора на ужин, – цедит он. А потом резко добавляет: – И не оставляй здесь ничего, потому что сюда ты точно больше никогда не вернешься."
"Глава 11.
Мы добираемся до его квартиры.
Дамир доносит чемодан и сумку с вещами до моей спальни и сухо предупреждает:
– Времени мало, через полчаса ты должна быть готова.
– Слушаюсь, господин, – язвительно отзываюсь я.
Его темные глаза вспыхивают.
– Поосторожней со словами, Лера, – низко тянет он. – Мне ведь может и понравиться такое обращение…
Затем резко разворачивается и уходит, захлопнув за собой дверь.
Я порывисто прижимаю ладони к щекам, горящим тяжелым румянцем.