В этом мире до него не додумались, но все равно, купальник, расцвеченный разными полосками, как-то оттенял ее фигуру, заставляя все время на нее коситься. Настя предвкушающее облизывалась, Елена слегка краснела, думая о чем-то своем, а японка тряслась — то ли от возбуждения, то ли от страха. А дети? Им было глубоко пофиг до переживаний взрослых. Павел, как истинный джентльмен, ухаживал за Ириской, которая с благосклонной улыбкой опытной светской дамы эти ухаживания принимала, иногда весело стреляя глазами то в мою сторону, то в сторону Мирами.
А я? А я ни о чем не думал и не переживал, полностью отключив голову и позволив себе просто плыть по теплому течению времени.
После обеда мы, переодевшись в гостинице, отправились гулять по городу, заходя практически в каждый магазин. Никем не узнанные, мы отрывались по полной, из-за чего количество покупок росло в геометрической прогрессии. Одних ракушек всевозможных видов, размеров и расцветок, наверное, набрали килограммов пятьдесят.
"Однако усталость не помешала мне залипнуть в огромной лавке древностей, где продавали всякие, на мой взгляд, сокровища, в числе которых было немало холодного оружия. На сморщенные в неудовольствии носики девушек я не обратил внимания. Наскоро рассказанная Ириске сказка про джинна, что сидит в древней лампе и исполняет желания её владельца, возымела эффект разорвавшейся бомбы. И вот уже вся женская компания кинулась на штурм магазина, амы же с Павлом быстро потерялись среди стеллажей в надежде найти что-нибудь эдакое, при этом стараясь лишний раз не попадаться на глаза закопавшимся в древности девушкам.
М-да, лишний раз убедившись, что прогулки по магазинам лично мне удовольствия не доставляют, я с воплем радости встретил долгожданное сообщение, что мы возвращаемся в гостиницу.
И все же посещение этой лавки древностей принесло свои плоды, без покупок не остался никто.