Гром над Империей. Часть 4

Чуть поддамся, а потом…

О, а вот это интересно, ага! Теперь никаких поддавков. Играем всерьез. Не выдержала все-таки, — подумал я, видя, как та превращается в большую волчицу.

— Все же насчет письки я угадал, и она у тебя волосатая. По крайней мере, в этой ипостаси! — громко заявляю я и под дружный смех девчонок и яростный рык волчицы начинаю отбиваться от нее ногами, усиленно пытаясь поймать ту за хвост.

—Девушки, смотрим внимательно и запоминаем, как надо драться в звериной ипостаси.

Но та, будто чувствуя мои намерения, все время уворачивается, пытаясь меня схватить за мягкое.

Не, такой номер со мной не пройдет. К своим булкам я отношусь не менее трепетно, чем к тем, что печёт баба Лена. Кстати, по-моему, у меня там еще остался вишневый пирог. Надо схомячить втихаря. Это моя добыча, а девчонки обойдутся, им за фигурой надо следить. А даже если и не надо, все равно не отдам.

А в волчьей ипостаси Света дерется не хуже, чем в человеческой. Интересно, как это она так быстро этому научилась? Или это на уровне инстинктов? Скачет, как оголтелая, по всей площадке, абсолютно забив на оборону.

Прет как танк. За это надо наказывать! И, хотя я не хотел ее ломать, по-видимому, всё же придется. Лучше я это сделаю в спокойной обстановке, чем это произойдет в бою.

Как раз и момент подходящий, совсем запыхалась маленькая. Еще немного, и точно помрет прямо тут. Надо спасать дуреху. Кто ж еще согласится нам готовить? И вообще следить за домом? Правда, не уверен, умеет ли она это, но если нет — ей придётся научиться.

Иначе и сама будет ходить голодной."

"Отскакиваю от нее и мгновенно выпускаю волка. Мой рык альфы заставляет ее немедленно упасть на живот, прижав уши. Инстинкт срабатывает быстрей разума. А я, не дав ей опомниться, оказываюсь над ней, скаля клыки. Замерев буквально в сантиметре, я жду. И она, посмотрев мне в глаза, медленно отводит голову в сторону, открывая шею. Знак покорности и подчинения сильному. Это выше разума, это инстинкт.

Была бы она частью чужой стаи, тут произошёл бы бой до смерти. Но она — одиночка, и сопротивляться силе, что намного древнее ее, не может.

Рыкнув еще раз для острастки, оборачиваюсь и иду в сторону колодца, принимая человеческий облик. За спиной слышу рыдания, и мои сердобольные девушки сразу кидаются к Свете, чтобы начать утешать ее.

— Где находится кухня и моющие средства, тебе покажут девушки, — громко говорю я, не оборачиваясь.