— … участвовал во многих незаконных сделках. Скорее всего Гольдману грозит тюремный срок до пятнадцати лет с конфискацией имущества. Подробнее об этом смотрите в спецвыпуске «Власть и деньги» в двадцать два ноль-ноль...
Неужели все закончилось? Не верится. Хотя бы это было правдой, пожалуйста.
Я уменьшаю звук на телевизоре и сажусь на диван. Долго смотрю в одну точку, а потом улыбаюсь. Искренне, по-настоящему, потому что знаю… нет, уверена, что очень скоро моя доченька будет рядом со мной.
И я не ошибаюсь. Следующим утром я стою во дворе дома, который расположен в горах, в том же самом поселке где и коттедж Марата, и не отвожу взгляд от своей дочери.
Пока что она не замечает меня, это дает мне возможность подойти к ним незамеченной.
— Привет, — произношу глухо. Голос дрожит, на глазах выступают слезы радости.
Даша на мгновенье замирает, поворачивается в мою сторону. Я боюсь того как она отреагирует на мое появление. Вдруг решит что я ее бросила?
Ее глаза становятся большими от удивления, на лице растягивается счастливая улыбка.
— Мама! Мама! Мама! – она срывается с места и перебирает своими ножками, приближаясь ко мне словно маленький вихрь. Я приседаю на корточки, раскрываю свои объятия и прижимаю к груди родное тельце моей девочки.
— Привет, моя хорошая, соскучилась? Прости меня, солнышко, что я так долго.
Даша отрицательно машет головой, цепляясь в меня словно обезьянка.
— Поехали домой?
— Да! – радостно выкрикивает она, я же ловлю на себе взгляд домработницы Марата. Киваю ей в знак приветствия и одними губами шепчу: «Спасибо».
Люди отца стоят поодаль от меня. Вооруженные. Готовые броситься на врага в любой момент, а когда из дома появляется незнакомый мне мужчина, вплотную подходят к нам, прикрывают своими спинами, отделяя от него.
— Меня зовут Олег, я друг Марата, - не обращая внимания на вооруженных амбалов, произносит он, задерживая на мне взгляд.
Он брюнет приятной внешности с добрыми но холодными глазами.
– А вы, должно быть, Кристина, - он наклоняет голову на бок и внимательно рассматривает меня в ответ.
— Да.
— Это, полагаю, вам, - он протягивает в мою сторону увесистый конверт и я нехотя принимаю его.
— Что это? – смотрю на него с недоумением.
— Откроете дома.