– Какой пароль?
– Пф-ф. – Отворачиваюсь обратно к окну и игнорирую его.
– Не зли меня, Кристина. У меня сегодня утром случилась попытка рейдерского захвата компании, так что хоть ты не выводи меня. Я и так на взводе.
Молчу. И одновременно с этим впитываю любую информацию о нем. Поэтому он так резок? Поэтому нервничает? Или же он всегда такой жестокий и циничный? И при чем здесь мы с дочерью?
– Зачем тебе Даша? Я что-то не заметила с твоей стороны ни капли отцовской любви.
И это правда. За все время, что мы находимся в салоне автомобиля, он лишь несколько раз бросил беглый взгляд на ребёнка.
"– Если не хочешь лишиться телефона, скажи мне пароль, – настаивает на своем он.
– Все единицы, – после непродолжительной паузы все же сдаюсь я, внимательно наблюдая за его действиями.
– Я напишу сообщение твоему отцу, что ты уехала за город, чтобы побыть наедине с собой и познать дзен. Мне не нужны проблемы с твоей семьей сейчас, а пропажа единственной любимой дочери не сыграет нам на руку, правда?
– Он не поверит.
– Я напишу так, что поверит.
– Через четыре дня Рождественский благотворительный ужин, я один из его организаторов. Если я не появлюсь, папа точно поймет, что со мной что-то случилось, и начнет меня искать.
– Значит, мы будем на этом ужине, – голос Марата звучит спокойно. Он прячет телефон обратно в карман, снимает пальто и расслабленно откидывается на спинку сиденья. Прикрывает глаза, тем самым давая понять что разговор окончен, я же не сдаюсь.
– Что значит мы будем там? — спрашиваю с удивлением, потому что это означает, что меня не собираются держать взаперти.
Мужчина приоткрывает один глаз, смотрит на меня.
– То и значит, Кристина.
– У меня нога болит. Очень, – решаю испытать его терпение, а еще границу дозволенного. Сейчас он уже не кажется тем сумасшедшим, который угрожал мне пистолетом. Либо он психически неуравновешен и у него случаются припадки агрессии, либо день и в самом деле настолько не задался, что Марат забыл о том, что имеет дело с безобидной женщиной и собственным ребёнком, а не с вооруженными головорезами.
– Через час остановимся на ночлег в одном загородном комплексе и посмотрим твою ногу. И никаких попыток к побегу, поняла меня?
Я не отвечаю.
— Ради твоей же безопасности делай, что велю, и очень скоро все закончится, — в приказном тоне и с раздражением.
— Это угроза?
— Звуки разума, — бросает резко, буравя меня тяжелым взглядом, а потом отвлекается на телефонный звонок.