– Чуть не забыл, – усмехается он и идёт обратно, к тумбочке, разделяющей наши кровати, и только сейчас я замечаю на ней стационарный телефон. – Это здесь лишнее. – Резкими движениями он вырывает провод из «гнезда» и забирает с собой телефон.
Я задыхаюсь от негодования и разочарования.
– Мне нужно позвонить родителям, они будут волноваться."
"– Насчет этого можешь не переживать. Располагайтесь здесь, я скоро вернусь.
— Нам можно выйти во двор? — набираюсь наглости.
— Нет. Ты на ногах стоять не можешь, отдыхай, попрошу кого-нибудь принести пакетик со льдом.
За Маратом захлопывается дверь, я слышу щелчок замка. Прекрасно, мы заперты.
— Тебе здесь нравится, солнышко?
— Да, — улыбается Даша, прыгая на мягкой кровати.
— Ну хоть кому-то нравится, — шепчу, принимаясь за еду.
Марат возвращается быстрее, чем я ожидала. С несколькими пакетами в руках, встревоженный и растрёпанный. От него несет табаком, и я морщусь от этого едкого запаха.
– Твоя одежда испачкалась, я принес тебе новую, – протягивает мне один из бумажных пакетов, но я не дотрагиваюсь до него, не собираюсь принимать эти подачки, которыми он пытается уладить конфликт, изображая заботу.
– Мне и так хорошо.
– Как хочешь. – Он бросает пакет на пол, из другого же достает несколько кукол и баночку с мазью.
Я внимательно слежу за дочерью, за каждой ее реакцией. Сначала недоверие, испуг, потом она медленно отлипает от меня, переводит взгляд на куклу, и я замечаю, как загораются ее глаза. Еще бы, она ужасная любительница Барби.
– Нравится? – спрашивает Марат, но по его лицу невозможно ничего прочитать. Чувствует он что-то к Дашеньке, которая, по его словам, может быть его дочерью, или нет?
Девочка отворачивается от него, прижимается ко мне.
– Не думал же ты, что после твоей выходки она с радостными воплями бросится тебе на шею? Ты для нее чужой человек, смирись с этим.
Мужчина не отвечает мне. Оставляет на кровати подарок, а потом опускается передо мной на колени и прикасается к моей лодыжке.