Неторопливо размял шею, вытащил из зажима ружьё, оттянул затвор, проверив есть ли патрон в патроннике, и подойдя к обрыву, посмотрел вниз. До террасы было всего около ста метров, и пятеро мужчин замотанных в тёмные тряпки, лежавших на краю, уже начали поднимать головы, когда Алексей вскинул оружие, и не особо целясь, разрядил магазин стреляя по людям. В двадцатипятимиллиметровом снаряде взрывчатки было совсем немного, но бородачам хватило за глаза, и когда Алексей садился в машину, на месте засады были лишь размётанные взрывами кровавые тряпки.
– Третий, ответь пятому.
– Третий на связи.
– Я разобрался с засадой, но боевые группы не отменяй. Мало ли что ещё будет по дороге. И давай проверь перевал.
– Есть проверить перевал. – Коротко ответил воздушный наблюдатель и отключился. Когда-то штурмовик дальнего радиуса действия, был переделан инженерами в самолёт сопровождения автоколонн, и имел на борту вооружение, мощную оптику и радиостанцию, что позволяло ему в критические моменты оказывать воздушную поддержку.
Кроме тридцать шестого Ламиса, в небе висели как минимум три машины крупнейших новостных и информационных агентств, а также пяток лёгких одномоторников разных «свободных журналистов», поэтому короткая расправа с засадой снималась на превосходную оптику и с разных ракурсов, и была почти в реальном времени передана по общепланетным сетям, что сразу сделало Алекса знаменитым. Теперь парочка особо ушлых пилотов снизилась так, чтобы следовать за машиной, надеясь на ещё более красочные кадры.
Машина была в километре от преграды, когда с неба, словно Гневный Ангел, спикировал Ламис 36 и длинно, не жалея снарядов и патронов ударил по завалу и тем, кто за ним скрывался, добавив несколькими бомбами и зашёл на второй круг.
После трёх проходов штурмовика, Алексею оставалось лишь откатить пару камней, и взревев мотором, машина вновь полетела по дороге.